Чума на вашу медицину!

«Когда крупные ученые Запада обратились к главной общине тибетских врачевателей высшего класса с вопросом, что по их мнению считается наиболее эффективным средством в лечении, то последние после долгого совещания заявили, что таковым является жир тарбагана. Вытопленный не на пламени огня, а в жаркой тени лета… Что ж, жир сурка, давно известно, весьма способствует долголетию и даже омоложению организма…»

Отсюда>>>

«Тибетской мудрости гнильё!», как верно заметил Цэвэгмидийн Гайтав. И Далай-лама нам не союзник! Пусть борется за независимость в одиночку!

Симонов. Тарбаганы

«И вдруг пустая тишина палат, / Который день на фронте нет ни стычки. / Всё не решались снять с себя халат / И руки спиртом мыли по привычке. // Потом решились, прицепили вдруг / Всё лето нам мешавшие наганы. / Ходили в степи слушать, как вокруг / Свистели в жёлтых травах тарбаганы».

(…)

Отсюда>>>

Философия Симонова: немца убей, тарбагана слушай! +Симонов!

Авторитетные сурки, или G7

«Традиция людей перекладывать ответственность за долгосрочные прогнозы погоды на «братьев наших меньших» начиналась еще в Древнем Риме, где 2 февраля отмечался День ежа. Метеорологический прогноз в этот день строился по поведению разбуженного ежа, который видел или не видел свою тень. Жители Западной Европы сохраняли эту традицию и в более поздние периоды, а переселенцы в Америку из их числа наряду с другими своими традициями захватили с собой и ее. В Северной Америке, где не водились ежи, роль метеоролога перешла к сурку.

В наши дни наиболее известных сурков-метеорологов семь: Панкссатонейский Фил (Punxsutawney Phil), Уайртонский Вилли (Wiarton Willie), Чак из Стейтен-Айлендского зоопарка (Staten Island Chuck), Шубинакадский Сэм (Shubenacadie Sam), Бальзакский Билли (Balzac Billy), Сурок Джимми (Jimmy the Groundhog) и Генерал Беарегард Ли (General Beauregard Lee).

Сурок, живущий на Индюшином холму местечка Панксатони в горах Пенсильвании (США) — самый первый официальный сурок-метеоролог. Вот уже более ста лет, начиная с 1887 года, в честь этого события там проводится ежегодный фестиваль, ставший знаменитым после выхода фильма «День сурка», звездой которого стал ныне живущий там сурок по кличке Фил — самый известный «грызун-синоптик» в Америке.

Канадские сурки, наиболее авторитетные из которых — проживающий в местечке Шубенакэйди в провинции Новая Шотландия сурок Сэм и проживающий в Уайртоне в Онтарио сурок Вилли — являются серьезными конкурентами Фила: зачастую они уверенно опровергают мнение своего знаменитого «коллеги».

Уайртонский Вилли является официальным канадским метеорологическим сурком, в честь которого в провинции Онтарио также проводится традиционный ежегодный фестиваль, отметивший в 2006 году свое пятидесятилетие. Кроме фестиваля в свою честь и соответствующего собственного постоянно действующего комитета, Уайртонский Вилли имеет еще и свой собственный сайт в интернете: www.wiarton-willie.org «.

Отсюда>>>

Не хватает восьмого сурка. Из России. И придётся пободаться с монгольскими тарбаганами, чтобы превратить эту компанию в G8. А за погоду ответите!

«И всё его семейство»

«…карабин «Соболь», несмотря на его хорошие показатели, для сурка мало подходит, т.к. охота на него идет в основном на дистанции свыше 50 метров — зверек очень хитер и всегда начеку. Как известно, на этих дистанциях боеприпас калибра 5,6 мм кольцевого воспламенения обладает недостаточной энергией. В результате даже у профессионалов до 25%, а у любителей — до 40% животных после ранения уходит в нору. Это объясняется особенностями нервной системы сурка, который получив даже смертельное ранение делает в сторону норы прыжок до 3 метров. Тут был еще один весьма нежелательный момент. Когда зверек погибал, с ним в норе погибало и все его семейство. При попадании из карабина «Барс-4″, благодаря большей скорости пули, сурок сразу затихает — результат шока. Но все же заряд такой мощности причинял нежелательные повреждения шкурки».

Как рождается оружие

Хорошие задатки у сурка: хитёр, всегда начеку, может прыгнуть на три метра, хотя практически уже убит. Боевые сурки придут за тобой!

Боевые сурки

Первое, что приходит в голову, когда знакомишься с трагической историей сурков-тарбаганов, это: а где же были сурки-воины, сурки-камикадзе, сурки-берсекры? С кем воевали русские и прочие восточные народы весь двадцатый век? Александр Пильников употребляет термин «Неизвестная война». Неизвестная — да, на уничтожение — да. Но война! Или замечать храбрость и упорство своих противников не принято?

Словосочетание «боевые сурки», хотя и не имеет отношения к собственно суркам, но уже встречается в сети. Сеть мыслит, сочетая несочетаемое. Возможно, так же мыслит и природа. И на месте тарбаганов однажды появятся страшные злобные твари, отягощённые памятью о химических войнах, массовых убийствах и прочих несправедливостях и притеснениях. И тогда первого же водителя, решившего отлить сурка из норы, эти же сурки утопят в его же собственной водовозке. Охотники до ружейной охоты будут выезжать в степь на танках. А что они сделают с любителем из чистого баловства ставить силки, страшно себе и представить. Вот тогда сурочий заказник займёт большую часть Евразии. 

Тарбаганам не хватает пропагандисткой машины, в масштабе тарбаганов — пропагандисткой машинки: одной-другой радиостанции, одной-другой газеты и выхода в сеть. И тогда кое у кого появятся серьёзные проблемы. 

12 июня 1911 года

Даниил Кириллович Заболотный «…организовал экспедицию очень разумно. Он и его помощники ехали в вагоне-лаборатории, который останавливался то на одной, то на другой станции. Медики расспрашивали местных охотников и жителей о падеже тарбаганов и отправлялись в степь искать тушки павших зверьков. Врачей долго преследовали неудачи. За две недели не удалось сыскать ни одного павшего сурка. Очевидно, трупы грызунов пожирали хищники. Только на маленькой станции Борзя, на той самой, где Заболотный выписал студенту Исаеву служебное удостоверение, произошло наконец событие, которого все давно ждали и которое вошло впоследствии во все учебники эпидемиологии. 12 июня 1911 года, когда экспедиция уже готовилась двигаться дальше, был пойман чумной тарбаган. Исаев заметил его в голой степи в трех верстах от станции Шарасуп (между Ворзей и Маньчжурией). Зверек вел себя странно, шел, спотыкаясь и покачиваясь, словно пьяный. Леонид Михайлович (Исаев) соскочил с коня, снял с себя брезентовый плащ и накрыл животное. Со своей находкой он тотчас поскакал к Заболотному. Больной тарбаган пал. Не медля ни минуты, прямо на квартире железнодорожного врача Даниил Кириллович вскрыл животное и сделал бактериальный посев крови из содержимого шейного бубона. Вскоре профессор и студент могли рассмотреть под микроскопом чистую культуру чумной палочки, впервые выделенную из тела тарбагана. После двенадцати лет поисков гипотеза Заболотного стала научной истиной».

Марк Поповский. Тот, кто спорил. Повесть о Леониде Исаеве

Чёрный день тарбаганской истории. «Только в 1911 году было официально добыто 1329 тысяч шкурок тарбагана, в 1912 — 1331 тыс., в 1913- 930 тыс., в 1914 — 824 тыс.»

Душили-душили, топили-топили!

Целина: «Хозяева степей, сурки жировали на пшенице. Пушистые, песчаного цвета зверьки, величиной с огромную кошку, рыли сложную систему ходов, насыпая курганы до десяти метров в диаметре. Они имели обыкновение стоять на задних лапах, пересвистываясь по-соседски.
Эти безобидные существа с прекрасным мехом и жирным мясом вызывали у нас охотничий азарт. В нашем распоряжении были только ловчие петли. Их настораживали у входа в нору и некоторые из зверьков становились нашей добычей. Пробовали использовать мясо, но трудно было освободится от предвзятости, так же как и при потреблении конины. Сурки жили колониями. Их курганы создавали помехи для комбайновой уборки урожая и назревала необходимость сокращать их поголовье.

Рассказывали, что один водитель водовозки вознамерился выжить сурка из норы. Он вылил всю цистерну в нору, но ее хозяин так и не показался. Можно представить себе досаду и огорчение этого водителя».

Александр Злобин. Встреча — судьба

Безответные — и чуму разносят, и почвы портят, и создают препятствия для комбайновой уборки урожая — вали всё на них! Вызывают охотничий азарт! Вызывают досаду и огорчение водителей водовозок! Ну всё, довели: байбакско-тарбаганский вопрос должен быть окончательно решён! Каждому своё!

Монгольские ниндзя

«Ардын эрх» от 27 апреля 2007 года сообщает, что двое ниндзя, — старателя, занимающихся самостоятельной добычей, — оказавшиеся под обвалом в угольной шахте Налайха, были освобождены из шахты 26 апреля, т.е. через 26 часов после совершения обвала. Двое пострадавших не получили никаких повреждений. Работы по освобождению старателей были проведены отрядом МЧС г. Налайха, некоторые из которых получили повреждения в ходе раскопок».

В контексте горнодобывающей промышленности этих ниндзя следовало бы называть камикадзе.

Бетховен с нами! И Гёте!

Сурок (фр. Marmotte) — классическая песня Людвига ван Бетховена (1805) на стихи Гёте (часть его пьесы «Ярмарка в Плундерсвейлере» (1773) переведена на русский язык С. Заяицким), используется во многих курсах обучения музыке. Исполняется от имени савояра, зарабатывающего в Германии песнями с дрессированным сурком. В оригинале чередуются немецкие и французские строки. «По разным странам я бродил И мой сурок со мною, И весел я, и счастлив был, И мой сурок со мною! Припев: И мой всегда, и мой везде, И мой сурок со мною. И мой всегда, и мой везде, И мой сурок со мною». (…)

Татары, Бетховен и Гёте! Неплохая компания для сурка-тарбагана!

Глобальное похолодание

Был в астрономической обсерватории с познавательно-развлекательными целями. Задал лишь один вопрос: видят ли астрономы — эти профессиональные смотрители неба, — неопознанные летающие объекты и космических пришельцев? Ответ астрономов был: нет! Ну, нет и нет! Тысячи и десятки тысяч людей видят, а они не видят! Ничего страшного: корпоративная этика, военная тайна и всё такое. Понимаю. Но кроме этого учёные-астрономы долго и весело смеялись над мной. Я бы сказал, потешались. Вспоминая Цэвэгмидийна Гайтава, «хохотали упрямо». В общем, вели себя довольно подозрительно. Ладно. В отместку стал рассматривать стены лаборатории, — куда меня по неосторожности завели, — в надежде узнать какую-нибудь страшную астрономическую тайну. И узнал таки! Оказывается наше любимое Солнце регулярно то разогревается, то остывает. И график этих разогреваний-остываний висел на стене, правда, в уголке, — подальше от любопытных глаз. Из него становилось ясно, что период разогрева Солнца сегодня закончился и началось время остывания. Вот как! Заметив моё волнение, астрономы не насторожились: человеку, который интересуется пришельцами, можно многое позволить. Но фотографировать не дали. «Значит, — подумал я, глядя на ужасную красную линию, опускавшуюся в глубины ватманского листа, — ничего хорошего нас не ждёт. Опять придётся ездить в Турцию, чтобы хоть немного согреться, опять покупать привозные бананы. Безрадостно. Утешают лишь будущие мольбы европейского правительства: «ну, спалите наконец сибирскую тайгу для увеличения содержания углекислого газа в атмосфере! Ну, спасите наконец германский ледокольный флот, намертво вмёрзший в Рейн». Мы в ответ: «извините, не можем. Квоты, блин!»