Расистский бестиарий

Альберт Швейцер, прошу любить и жаловать. «Д-р Альберт Швейцер говорит: «Негр — это дитя, а с детьми нужна строгость». Нгуги ва Тхионго. Пшеничное зерно: роман. Москва. 1977-й год. Прогресс. Перевод В.Рамзеса. Страница 65-я. Альберт Швейцер! Он же там же продолжает: «Каждый белый человек в единоборстве с африканцем подвергается ежедневной и ежечасной угрозе постепенного морального опустошения». Страница 66-я. А не хотите взглянуть на Гегеля? «…Африка оставалась в продолжение исторического периода отрезанной от остального мира; это замкнутая в себе страна, изобилующая золотом, детская страна, которая, находясь за пределами дня самосознательной истории, облечена чёрным покровом ночи …Негр …представляет собой естественного человека во всей его дикости и необузданности: следует совершенно отрешиться от благоговения и нравственности, от того, что называется чувством, чтобы правильно понять его; в этом характере нельзя найти никакой гуманности…» Нгуги ва Тхионго. Писатель и его прошлое: статья. Перевод Е. Суровцева. Страница 315-я. Герберт Уэллс! В его «любительской всемирной истории …не нашлось места для Африки». Там же. Страница 315-я. Райдер Хаггард! Его африканские персонажи — это «…либо благородный дикарь со сверкающими белыми зубами, либо звероподобный разбойник, притаившийся в темноте, чтобы напасть на белого путешественника». Страница 316-я. И так далее. С другой стороны, герои произведений Нгуги ва Тхионго достаточно высказывались в роде, например, призыва «Кения для чёрных», и будь они историческими деятелями, их можно было бы поместить в одну клетку с Гегелем. Кто остался за забором бестиария? Нгуги ва Тхионго называет только двух человек: во-первых, южноафриканского писателя Питера Абрахамса, который мечтал о «безрасовом обществе». Его мечту Нгуги ва Тхионго называет «романтической, сентиментальной» и вообще, намекает на её «дефективность». Страница 317-я. Во-вторых и в-главных, о безрасовом обществе мечтал Джон Томпсон, районный комиссар полиции из романа «Пшеничное зерно». «…создание Британской империи суть воплощение великой нравственной идеи. В конечном итоге возникнет единая британская нация, которая сплотит людей разного цвета кожи и разного вероисповедания на основе справедливейшего представления об изначальном равенстве всех. …мы должны избежать ошибок французов, подвергших ассимиляции лишь горстку избранных. Объектом предполагаемой грандиозной программы перевоспитания станут африканские и азиатские крестьяне. Ведь и в Англии были низшие классы — фабричные рабочие и крестьяне. Однако они уже давно превратились в равноправных членов общества!»». Страницы 64-я и 65-я. Нгуги ва Тхионго со смешком замечает: «…превратить народы Британской империи в одну нацию! Вот в чём ответ сразу на множество вопросов. Не ради ли этой цели гибли тысячи африканцев на войне с Гитлером?» Страница 64-я. Джон Томпсон принимал самое непосредственное участие в подавлении восстания мау-мау. Он оказал влияние на судьбы большинства персонажей романа. Рассказывая его историю, Нгуги ва Тхионго, кажется, стремится подвергнуть сомнению его взгляды, но это ему не удаётся. И полицейский комиссар Джон Томпсон остаётся до самого конца единственным, как среди чёрных, включая даже автора, так и среди белых, радикальным не-расистом.

Comments are closed.