Рационально мыслящие китайские крестьяне против иррационального Зла

Чэнь Инсун становится моим любимым китайским писателем: только что прочёл второе его произведение — повесть «Монстр». Из сборника «Сорок третья страница. Китайская проза XXI века». Издательство Каро. Санкт-Петербург. 2011-й год. Переводчик Н.А.Спешнев. В окрестностях горной деревушки появляется гигантское чудовище, которое нападает исключительно на особей мужского пола: погибает школьник, буйвол и пёс. Но, вообще, что-то не так с китайскими мальчиками: вокруг них слишком много сверх-материального. Горы, необыкновенной красоты осень, отсутствие дорожной связи с уездным городом. Монстр-гроб — название образуется по внешнему сходству. Или монстр-трактор. При этом слово «гроб» по-китайски произносится точно так же как слово «чиновник» — гуань. Тема чиновничества в повести звучит, так же как и тема женщин — монстр появляется в окрестностях горы Элаопо, название которой переводится как «Голодная баба». Пополз слух, что чудовище не успокоится, пока не поглотит десять мальчиков. Второму мальчику чудовище обожгло ноги до костей. Один юный сборщик кореньев погибает при загадочных обстоятельствах — его смерть тоже списывают на монстра. Обращение к уездным властям ничего не даёт: полицейский рационализм слишком слаб для того, чтобы объяснить поведение горных чудовищ. Монстроизированный район блокируется, крестьяне остаются без средств существования, а причины гибели детей и животных сводятся к деревенским дрязгам — кто-то когда-то у кого-то курицу украл, кто-то чью-то тёщу соблазнил. Приходится крестьянам борьбу с монстром брать в свои руки. Для них, что важно, чудовище принадлежит этому миру, — оно может оказаться, например, и медведем, — и в любом случае, на него можно воздействовать при помощи наличных материальных средств — ружей и капканов. Традиционные мистические средства почти не используются. Местные охотники вооружены берданками — для охоты на монстра их недостаточно. Староста деревни находит в уезде прекрасного охотника, которого, правда, Чэнь Инсун описывает иронично — это охотник-модник, для которого важнее всего экипировка, охотник-бюрократ, с его членством в международных охотничьих организациях и, в конце концов, это охотник-бахвал. И охотник — большой выпивоха. Правда одновременно он был племянником «…заместителя начальника финансового управления уезда», — страница 91-я, — что важно для другой, хозяйственной линии повествования. Кроме того, это единственный в повести суеверный персонаж, привязанный к амулетам, талисманам и оберегам. Чудовище он найти не может. У него даже манка с мальчишеским голосом нет. Тогда староста деревни решает выманить чудовище на живца — на своего сына. Он повязывает тому на шею, как раз в качестве оберега, красный пионерский галстук и выпускает в лес. Мальчик бежит в тумане, а супер-охотник его убивает. На этом повесть заканчивается. Но остаётся, согласно народным поверьям, ещё шесть мальчиков. Мир должен быть бесконечно благодарен китайскому народу за те муки, которые он принимает на себя в попытке сократить свою собственную численность.