Китайская загадка

В один из дней Гао Ван был очень рассеян и пришёл на стройплощадку, не надев обуви, пишет Чэнь Инсун в рассказе «Почему кричит сойка?» Рабочего-взрывника, который забыл обувь дома не следовало бы, по хорошему, допускать к взрывным работам. Но его, в соответствии с законами китайской литературы, допустили. Последствия не замедлили явиться: «…не услышав взрыва, он подумал, что запал не загорелся, выглянул из-за уступа, чтобы посмотреть на взрывчатку, высунулся ещё дальше. Ему снесло полголовы». Страница 18-я. В сборнике «Современная китайская проза. Багровое облако: антология составлена Союзом китайских писателей». Москва-Спб., Аст-Астрель. Перевод Ю.Г.Лемешко. Случай на китайской стройке без труда помещается в международный литературный контекст. Например, в такой: «Одна старуха от чрезмерного любопытства вывалилась из окна, упала и разбилась. Из окна высунулась другая старуха и стала смотреть вниз на разбившуюся, но от чрезмерного любопытства тоже вывалилась из окна, упала и разбилась». Близость этих ситуаций очевидна, если считать одного китайского взрывника за одну русскую старуху. Но далее абсурд заметно усиливается и рамки международного литературного контекста становятся ему тесны: «…не нужен гроб, я отнесу его домой на спине», — заявляет Бо Вэй, друг погибшего. До дома три дня пути по горам и лесам. Начальство удивилось. Но когда «…он в подробностях рассказал обо всём, в штабе строительства дороги его отпустили на несколько дней, чтобы он отнёс Ван Гао в деревню». Страница 18-я. Да, однажды Бо Вэй пообещал своему другу, в случае его гибели, «отнести его домой». Но разве «отнести домой» не иносказание? Ещё крепче: незадолго до отправления Бо Вэя в путь «…плотники вырезали из дерева недостающий кусок для головы Ван Гао, приложив его к нужном месту, обернули полотенцем, чтобы увечье было незаметно». Страница 18-я и 19-я. Чтобы, то есть, отсутствие половины головы было незаметно. Бо Вэй взбирается на гору, он несёт пятидесяти килограммовую ношу, нещадно палит солнце. Бо Вэй делает неожиданный вывод: «…на самом деле виновато не оно [не солнце], а ноша за плечами». Страница 19-я. Время от времени окружающие не видят покойника, хотя не видеть его нельзя: например, они не видят его «незаметное увечье»; Бо Вэй иногда сам перестаёт замечать того, кого он несёт. Бо Вэй добрался до убежища в горах: «…он постучал в дверь дома папаши Яна, она оказалась открытой. Бо Вэй тотчас ворвался в жилище и проворно засунул Ван Гао в тёмный угол за дверью. Папаша Ян как раз заканчивал ужинать, он отложил палочки для еды и стал рассматривать вошедшего…» Страница 25-я. То есть папаша Ян тоже: вошедшего увидел, а то, что тот с собой принёс — нет. Вообще, с какого-то момента своего погибшего товарища видит только Бо Вэй. Много лет спустя Бо Вэй слышит его голос, разговаривает с ним, а песни Гао Вана иногда пугают его в горах. Бо Вэй духовидец — это ясно. Но как из духовидения вытекает страсть к спасению людей, преследующая Бо Вэя, — ведь духи не дают ему никаких указаний — загадка.

Comments are closed.