Космизм в противоход

Не с Земли в космос ради бессмертия, как учили русские космисты, а из космоса на Землю, но не ради бессмертия. Ради смерти. От смерти к бессмертию и от бессмертия к смерти — встречное космическое движение. Для бессмертных смерть — настоящее наслаждение. Для нас она грязь, пыль, сорняк, её навалом, мы её ценности не понимаем, а для них она сокровище, как перец для средневековых европейцев. Вот космос потешается над нами, дикарями. «…в созвездии Большого Пса …отмечена наиболее привелегированная область, откуда произошёл — изначально или даже более чем космически предызначально — солнечный, имперский и полярный род …от которого тянутся великие тайные истоки всех наших», — пишет Жан Парвулеско на страницах 215-й и 216-й романа «Португальская служанка. Отрывки из дневника». Издательство «Амфора». 2009-й год. Перевод В.Карпца. Спб. «…со звезды Бетельгейзе пришли и продолжают приходить юные и прекрасные тайные агентки». Страница 216-я. Зачем они приходят? Какими бы они не были в расовом отношении тайными, прекрасными, полярными и солнечными, только на Земле они обретают то, ради чего можно было покинуть привелегированные космические области. Земля — это рынок, где меняют смерть на бессмертие и наоборот. Земляне, получившие бессмертие, объявляются святыми, хотя они просто удачливые менялы. Естественно, — рынок есть рынок, — смертные стремятся наладить производство бессмертия у себя на Земле и не полагаться только импорт. Хотя сделать это не так просто — что-то, по-видимому, связано с копирайтом, не случайно первый русский космист Николай Фёдоров, был яростным противником авторского права. Земное бессмертие поэтому, по информации Жана Парвулеско, производится в подпольных лабораториях, посредством использования технологии великого возвращения, которое в свою очередь покоится на метафизическом законе удвоения, «…ибо всякое существо высокого онтологического предназначения с самого начала удвоено, а на самом деле учетверено в самом себе …существуют древесные разветвления, тайные линии этого существа как такового на самом низшем, глубинном его уровне». Страница 205-я. Порок этого подхода состоит, по-видимому, в том, что существо высокого онтологического предназначения связано с расами, пришедшими из космоса и утратившими бессмертие. То есть бессмертие получает тот, в нашем случае — «та», которая изначально конструктивно была приспособлена к бессмертию, но пока не подозревает об этом. Берутся две женщины. «…охваченная амнезией, забвением собственной предыдущей, тайной и погребённой идентичности, [вторая] …не ведает о реальном присутствии в своей нынешней жизни …первой, которая тем не менее является жизнью её жизни, единственной в ней самой частицей её собственной вечности». Страница 206-я. Возвращение первой женщины, возобновление её бессмертия, возможно через забвение второй. «…забвение …использованной, потреблённой, то есть уничтоженной юной [второй] женщины было побеждено …в её живой душе и живой плоти …живым тайным светом ещё более живой бесконечной жизни …невыносимым живым светом воспоминания». Страница 206-я. Смерть меняется на бессмертие, но в рамках обмена между двумя онтологически сродственными существами. Рынок смертей-бессмертий замыкается в среде высших космических рас, а местные, земляне, остаются со своими сорняками. Возвращаемся к исходному русскому: в космос! За бессмертием!

Comments are closed.