Верую в демократию

Как на духу признаюсь: купил я не три, в чём намедни уже каялся, а шесть книжек. Одну из них даже прочитал — книгу Дэвида Тупа «Искусство звука, или Навязчивая погода» — и этим почти месяц хвастался. И людей, имеющих к ней отношение, поблагодарил. Обошлась она мне в 305 рублей наличными и с лихвой оправдала надежды, на неё возлагавшиеся. Будем считать её четвёртой. Пятая книга — роман Гийома Виньо «Ищи ветер» — родом из отдела уценённой литературы. 85 рублей. Издательство FreeFly. Москва. Перевод Нины Хотинской. 2003-й год. «Французская линия», но литература канадская. Сложность восприятия канадской литературы читателем, то есть мной — здесь нечего скрывать, заключается в том, что она мимикрирует под другие литературы. Например, Эрнест Сетон-Томпсон, который родился в Великобритании, а умер в сша, считается канадским писателем, а по мне он британец. Малькольм Лаури тоже канадский писатель, хотя родился в Великобритании и там же умер. От британца не отличить. А Сат-Ок, родившийся в Канаде, выросший среди шеванезов и бывший одним из них, умер в Польше и считается польским писателем. На мой взгляд он проходит по ведомству малых народов Севера. Концепт «канадская литература», конечно, существует, но читателю с улицы в руки не даётся. Позапрошлой зимой мне довелось прочитать роман Жиля Курманша «Воскресный день у бассейна в Кигали»: может быть, он настоящий канадец? Во всяком случае в его романе содержится заряд критики, направленный против американцев и против французов. Правда, заряд этот возник на фоне геноцида народа тутси в Руанде, то есть был вызван крайними причинами. В такой ситуации и на Бога возропщешь, не только на европейцев. Гийом Виньо тоже плывёт против течения. «…сколько тебе лет? Ты всё ещё веришь в прощение, в Деда Мороза, в демократию западных стран», — восклицает один из его героев на странице 133-й. Многообещающий вопрос! Демократия, точно так же как коммунизм, не реальность, а предмет веры. Ты веришь в демократию? Такой вопрос, если бы он возник в России, ещё мог бы иметь какое-то реальное основание, например глупость, но звучит он в Канаде — в одной из цитаделей демократической веры. Демократия, когда из светлого будущего нисходит в наш скорбный дол, не может передвигаться без костылей, как и коммунизм, которому приделывались подпорки в виде реального, развитого, а в тяжёлых случаях скандинавского и человекообразного социализма. Западная, суверенная, глобальная, подлинная — сама по себе демократия тоже ходить не может. Но за то ею, как и коммунизмом, можно оправдать любое преступление. И заткнуть любой рот. Шестая книга — это роман Антуана Володина «Дондог». Издательство «Амфора». Перевод с французского В.Лапицкого. Странные, под стать авторскому, имена, явное присутствие «Бардо тёдол», увлекательное послесловие, 82 рубля. И такое чувство возникает в связи с «Дондогом» и остальными пятью книгами, как будто вот-вот откроется истина. К утру пройдёт.

Comments are closed.