Другая Англия

На русском языке существуют две Англии: Англия Би-би-си в сетевом изводе и Англия романов. Англия Би-би-си — это Англия идеальная: если здесь и есть проблемы, то укутаны они в шелка великих идей, высших целей и человеколюбия. Каждое «да» здесь прикрыто обязательным «но», снимающим резкость и непримиримость суждений. Романы же куда как откровеннее и жёстче. Для меня это открытие. Мне всегда казалось, что сми предназначены для прямых и нелицеприятных высказываний, а романы — для высказываний завуалированных, скрытых, для намёков, для игры ассоциаций. Ан нет! Романисты режут правду-матку, журналисты помалкивают. Романисты обращаются к фактам повседневной жизни, журналисты к общим абстрактным идеям. Всё в этом мире перевернуто с ног на голову. «Со стороны железной дороги большинство домов отгорожены колючей проволокой. А в некоторых местах, для надёжности, там подведено электричество», — пишет Питер Хёг в романе «Женщина и обезьяна», изданном «Симпозиумом» в Санкт-Петербурге в 2004-м году, на странице 22-й. Речь о Лондоне — счастливой столице мира. Проволока под током, высоченные заборы, псы, притравленные на людей — это реалии каких-то иных, сумеречных зон, никак не Англии. Но газеты и не поминают английскую колючую проволоку: она, может быть, не портит пейзаж, но сильно его подправляет. «Я бы не хотела её регистрировать», — говорит одна из героинь на странице 19-й и врач согласно кивает. Здесь речь об обезьяне. Больных обезьян, видимо, регистрируют. Но иногда не регистрируют. Только один процент англичан сталкиваются с коррупцией. Или французов? Обезьяний случай, наверное, сюда и попадает. Роман Питера Хёга, между прочим, прекрасный. Я, как подросток, пролистывал его вперёд, подряд не читая. По-любому, в этой жизни у меня будет ещё несколько часов, проведённых за чтением отличной прозы.

Comments are closed.