Брак

Предприятия, производившие немцев, назывались в Германии школами. На немцеделательную фабрику попал в детстве и Марсель Райх-Раницкий, как он о том пишет в своих мемуарах «Моя жизнь». Москва, «Новое литературное обозрение», 2002-й год. Перевод В. Брун-Цехового. Но если другие школьники были предварительно обработаны своими семьями и приходящими учителями в немецком духе, и были готовы к дальнейшей перековке и закалке, то кондиции сырья по имени Марсель Райх-Раницкий были далеки от заданных. Польша, еврейская семья. — Откуда ты, мальчик? — Из Влоцлавека! — Откуда, откуда? Инженер-педагог делает вид, что не может выговорить название городка, дети смеются, Марсель дерзит и получает первую пощёчину. Обработка началась. Вспоминается вопрос, который задавали жертвам нацистов на суде над Адольфом Эйхманом в Иерусалиме: — Почему вы не сопротивлялись? — Ну-ка, Марсель, восстань! «…чтобы интегрироваться и даже достичь уважения, следовало отличаться успехами в учёбе. Задача оказалась не из простых, ведь до тех пор я был всего лишь средним учеником… я отомстил, став лучшим в немецком языке и до самых экзаменов на аттестат зрелости лучше всех успевая по этому предмету…» Страница 31-я. Интеграция не выглядит таким уж сопротивлением. Но Марсель Райх-Раницкий говорит на самом деле не о ней, а о переинтеграции. О сверхинтеграции. Он захотел не просто стать немцем назло одноклассникам, но превзойти их в немецкости, которую он связывал с литературой и языком. Стать сверхнемцем и оттуда, с высоты, посмеяться над соучениками, как они посмеялись над его родиной. Можно было бы думать, что он избрал ложную цель, — стать немцем через профессиональную специализацию, — но другие его рассуждения, например о немецком варварстве, говорят об обратном. Он отделяет немецкое варварство от немецкой культуры. Немецкое варварство — это палка, это концлагеря, это газовые камеры. Немецкая культура — это немецкая литература и немецкая музыка. Но немецкие концлагеря — это тоже немецкая культура. Точно так же, как несказанные общественные туалеты — часть русской культуры. Раскладывая немецкую культуру на две стороны, Марсель Райх-Раницкий конструирует другую культуру, совсем уже не немецкую, но оставляет ей прежнее имя: прекрасный способ вводить немцев в заблуждение в случае, например, вооружённого с ними конфликта. И таким конструированием занимались, по-видимому, многие немецкие евреи. Марсель Райх-Раницкий удивляется тому, что еврейская эмиграции из Германии не росла с годами, хотя расовая обстановка всё время ухудшалась. «Можно кратко сформулировать, что годами удерживало большинство евреев от эмиграции — вера в Германию…» Страница 56-я. Люди создали немецкую культуру — Германию — как чудо-оружие для сопротивления немцам, и сами же облучились. Но и Германия была разрушена. Во всём виноват отк берлинской гимназии имени Вернера фон Сименса. Гимназии имени Круппа. Гимназии имени Маннесмана. Гимназии имени Даймлера. Марсель Райх-Раницкий — школьный производственный брак.

Comments are closed.