Сыновняя почтительность и предательство матерей

Почтительность французских сыновей к французским отцам в конце пятидесятых годов прошлого века не идёт ни в какое сравнение с почтительностью корейских сыновей к корейским отцам в шестидесятых-семидесятых годах того же столетия. Данные для сравнительного анализа почерпнуты мной из надёжных источников — из романа Ын Хигён «Тайна и ложь» (перевод Ли Сан Юн) и романа Паскаля Киньяра «Американская оккупация» (перевод Ирины Волевич). Корейские сыновья не только при виде отцов своих, но даже при имени их, а то и при имени более дальних предков, а иногда и умерших, и не только по прямой мужской линии, но и перед предками по боковым мужским линиям, трепещут. На странице 49-й Ын Хигён описывает случай, когда отцу пришлось увещевать своих нерадивых в учёбе сыновей. После беседы — после строгой беседы, но без традиционного в Корее того времени побивания палками, — мальчишки сняли с себя мокрую насквозь от слёз и пота одежду. «– Мужчина с раннего возраста должен думать о жизни. Понятно? – Да… – Да…» Они и не могли сказать ничего другого: перед их мысленным взором, вероятно, проходили портреты почтительных сыновей древности, а «…истории о …почтительных сыновьях содержат конкретные примеры. …когда родители оказываются в тяжелом состоянии, сыновья отрезают свои пальцы и вливают им в рот кровь, высасывают гной из их гнойников, пробуют на вкус их экскременты, чтобы узнать, выздоровел ли родитель; столкнувшись с бедой, отрезают от себя кусок плоти, варят и кормят родителей; проводят обряд захоронения по сложным правилам… нет даже необходимости придумывать сюжет, откуда возникла почтительность к родителям. …если говорить о причине, то она проста: они были родителями». Страница 161-я. Потом, в течение жизни, корейским сыновьям всё-таки приходится так или иначе расстраивать своих родителей зачастую этого не замечая, но лет к сорока — к сорока пяти, уже после смерти их, сыновей настигает не столько раскаяние, нет, но, скорее, понимание своей причастности роду. Формами сопротивления детей в рамках сыновней почтительности, были, по-видимому, бегство и самоубийство: среди героев Ын Хигён есть и дети-бродяги и дети-самоубийцы. Что же французские сыновья? Французских сыновей ни в коей мере нельзя назвать почтительными по корейским меркам — они непочтительны. Или, говоря по-другому, они несравненно более свободны в выражении своих желаний, требований и прав. А результат, однако, схож с корейским: герои романа Паскаля Киньяра так же бегут из дома и сводят счёты с жизнью. При этом надо заметить, что все подростки, описанные в романах Паскаля Киньяра и Ын Хигён, преданы своими матерями, которые или буквально бросили детей или устранились от их воспитания, хотя формально продолжают в семьях оставаться. И в этом тоже Франция — Корея.

Comments are closed.