«Я убил уже здесь троих»

«Степным азиатским кочевникам чужда и непонятна озабоченная деловитость европейцев. Человек медлительный, степенный, бездельный — в их понятии почтенный человек: занятый, торопливый, стремительный — достоин всякого сожаления. Мне помнится рассказ о монголе, которого русский спросил, почему его народ так мало работает; он ответил: «Дела нет, все переделали…» В этих странах никто не придумает лишнего дела, и время течет само по себе, как солнечный свет на равнины. Оттого и сурок, лето дремлющий на солнце, зимою и осенью спящий в норе, спокойный и степенный, по убеждению кочевников, несомненно, знатный человек. Они говорят: «Был тарбаган богачом и звали его Курун-бай. Тысячами коров, лошадей, верблюдов, овец владел он, но когда приходили нищие, убогие, он отказывал и ничего им не давал. Тогда за дурной нрав и превращен он был в сурка, которому велено было питаться травой и спать долгую зиму. Сурок покинул свое семейство с криком: «Прощай!» Так и теперь он кричит, вылезая из норы и возвращаясь в нее. А скот его был обращен в диких животных: коровы — в маралов (оленей), бараны — в архаров (горных баранов), козлы — в каменных козлов, лошади — в диких ослов-куланов». И еще рассказывают, будто по знатности своей не любит тарбаган выходить из норы на сырую траву, по росе или после дождя. (…) 

   «Хорошо, если застрелишь наповал тарбагана из лука; худо, если со стрелою уйдет он в нору. Тарбаган обратится тогда в черта: десять человек, целый хошун (волость) не выроет его, целому аймаку (уезд) добыть невозможно». (…)

Потом, когда я спускаюсь к дороге и начинаю раскапывать норы, появляется новый проезжий — пастух. Он весело говорит что-то приветственное, слезает с коня и садится со мною рядом. Мои познания в монгольском языке к тому времени ограничиваются десятком слов, из которых к тому же половина не годится для разговора, так как заключает названия зверьков и птиц. Монгол тоже по-русски ни звука, а потому достает трубку из-за голенища, закуривает, весело щурит щелки глаз и блестит зубами. Я показываю ему ловушки, даю бинокль, знаками поясняю, что охочусь за тарбаганами. Это его сразу заинтересовывает, он осматривается вокруг, потом, смеясь, встает на четвереньки, грозно двигает челюстями и делает вид, что щиплет траву. Два-три жеста — все сказано: там, за бугорком, пасется старый сурок. Мы делаем попытку подкрасться к нему, но звери напуганы (я убил уже здесь троих), и они сейчас не подпускают на выстрел. Так, пробродив с полчаса, мы расходимся приятелями. Вскоре слышно, у субургана на перевале он начинает степную мелодию, звенящую и теплую, как июльский ветер, светлую и солнечную, как волнистые склоны гор».

Формозов А.Н. В Монголии // Среди природы. — Новосибирск: ИНФОЛИО-Пресс, 1997

10 Responses to “«Я убил уже здесь троих»”

  1. baikamur:

    Впервые опубликовано в 1928 г. как записки об экспедиции в Монголию в 1926 г.

  2. Николай Формозов:

    Очень забавно, что без всякого разрешения здесь перепечатали отрывок из книги моего отца. Вынесенная в заголовок цитата, вырванная из контекста, видимо, нужна для того, чтобы дать понять читателю, что русские путешественники и исследователи ответственны за сокращение численности тарбагана, исчезновение чудесных зверьков. Если честно, я испытываю смешанные чувства с одной стороны замечательно, что кто-то мне неизвестный озабочен судьбой тарбагана, с другой странно, что этим занимаются совершенно незнакомые с жизнью этого зверя люди.
    Николай Формозов, зоолог

  3. baikamur:

    Не менее забавен и отклик.
    Цитирование незначительных фрагментов опубликованных текстов, как я понимаю, не запрещено. Ссылка на источник информации имеется.
    Каюсь, это я предоставил другу выше размещённые фрагменты.
    С удовольствием сам прочел книгу Вашего отца. Прекрасный язык, талант художника-анималиста, отменное чувство юмора — всё это отметил. Книгу, кстати, подарил потом — её читают и надеюсь, будут перечитывать. А в Сети на тот момент ничего существенного про А.Н.Формозова нам найти не удалось. И вот теперь, желающие найдут.
    Думаю, Н.А., если Вы обратитесь к автору этого сайта, он уберет эти отрывки, в заголовке к которым лично я не вижу ничего оскорбительного.

  4. admin:

    Заголовок, кстати, вот с чем связан: во всех «сурочьих» текстах, которые встречались мне в сети, встреча сурков с человеком всегда оборачивалась для сурков большими неприятностями. Такая закономерность. Но особенно хорошо она видна там, где текст сам по себе очень хорош, как в случае с воспоминаниями Формозова. Тогда думаешь, как же может существовать охота на сурков, например, когда есть такая литература? Такое противоречие. Уважаемый Н.А., следует ли удалить этот отрывок?

  5. […] а жизнь). в 21 час 00 минут вернулся домой. Прочитал комментарии на один из самых первых своих постов: видимо, придётся пост удалить, а жаль — о Формозове не […]

  6. baikamur:

    Но тут не охота ради охоты, а отбор образцов для зоологической работы.

  7. admin:

    По-видимому, хорошо сделанная литература, как всякое правильное дело, не противоречит ни меткому выстрелу, ни зоологической работе, ничему другому, что можно назвать мастерством. Противоречие между охотой и литературой ложное. Но это ложное противоречие существует. И лично меня мучает. Мучает, как противоречие подлинное.

  8. baikamur:

    Николай Формозов, зоолог
    больше не заходил

  9. admin:

    Нет, как видишь.

  10. baikamur:

    Ну и ладно.