Реформа forever

Есть у реформы начало, нет у реформы конца. Реформу финансово-банковской сферы мы в общих чертах завершили, с частной жизнью российских граждан покончили, примемся-ка теперь за школьный литературный канон. Что здесь можно поправить? Всё! Первым делом следует отменить позорное понятие литературного канона как такового, которое есть ничто иное, как апартеид, сегрегация и европоцентризм в одном флаконе, выстраивание средневековых иерархий и создание системы литературных каст. Мертвецы должны быть изгнаны из старших классов школы. В младших классах они могут остаться, — …люблю грозу в начале мая …ласточка с весною в сени к нам летит …идёт, гудёт зелёный шум …и так далее, — но не факт. В начале каждого календарного года специальная комиссия, — схожая с премиальными комитетами, но более представительная, —  литературное вече, художественный собор, — будет отбирать литературу для изучения школьниками в следующем учебном году. Первое и второе условия: к рассмотрению принимаются произведения не старше десяти лет, а то и пяти, написанные здравствующими ныне авторами. Условия важнейшие, но не единственные: язык и тема должны быть приемлемы для изучения детьми, но в целом это должна быть взрослая литература. В отношении жанров ограничений быть не должно и в отношении происхождения авторов тоже — всё, что написано по-русски принимается к рассмотрению. Шоу будет — куда там твоим президентским выборам! Да, в один прекрасный момент мы поймём, что большинство авторов школьной программы живут в Израиле — ну и что? На следующий год мы их выбросим и заменим теми, кто живёт в Германии. А на третий — теми, кто живёт в архангельских деревнях. Два раза в школьную программу произведение попасть не может, автор да, пожалуйста. Можно устраивать и всенародное голосование. Зачем реформа? Она даст сильнейший импульс для развития русской гуманитарной науки и художественной литературы. Авторы получат реальные тиражи — многомиллионные — и будут подвигнуты к самодисциплине — для школы пишут, учителя начнут выписывать журналы и читать текущую прозу — их мнение не будет последним, ученики — представление о существовании мира напряжённых духовных, интеллектуальных и художественных исканий, которые идут прямо сейчас и здесь, — а не шли когда-то в прошлом, — и они могут к ним присоединиться, бизнес — о, бизнес! — он своё тоже получит. Армия университетских филологов будет думать над тем, как преподнести школьникам достижения современной русской литературы. И так каждый год — роение, споры, горячие диспуты: на кону будут стоять не только миллиардные барыши, но и будущее наших детей. Мы получим хорошо структурированную систему литературных поколений, которым школа предоставит возможность по своему смотреть на этот мир. Мёртвые русские литераторы почти уже сто лет хоронят живых русских писателей: с этим страшным обыкновением надо заканчивать.

Comments are closed.