Эпизод всемирной борьбы

Краткое описание интеллектуальной ситуации, в которой я нахожусь: читаю роман Роберто Боланьо «Чилийский ноктюрн» и слушаю пара-арабскую музыку вроде Natacha Atlas, Mercan Dede, Transglobal Underground и Niyaz. Названия звучат заманчиво, но всё это предприятия европейской — лондонской, — и американской — калифорнийской — музыкальной индустрии. Вся духовная пища, в том числе и для России, кстати, делается англосаксами. Сам Роберто Боланьо к Востоку не отсылает, за исключением нескольких мелочей. Позавчера купил дневники Эрнста Юнгера «Годы оккупации» и книгу коротких рассказов Дэвида Линча «Поймать большую рыбу». Если учесть ход последующих событий, то лучше сказать: вынужден был купить. Потому что здесь не обошлось без проявления Необходимости. Книга Дэвида Линча, кстати, не посвящена рыбалке. Вчера вечером слушал рассказы о рыбалке на Байкале и смотрел ошеломительные фотографии. Но рыбалка здесь — это какая-то боковая тема. Тут же, едва ли не возле кассы, из книги Линча прочёл одну главку, которая называется «Психотерапия» на странице 71-й. В жизни автора происходили события, поторявшие друг друга. Он пошёл к психотерапевту: «Как вы считаете, доктор, может ли этот процесс повредить моему творчеству?». «…может», что уж тут скрывать, ответил психотерапевт. Тогда Дэвид Линч «…пожал доктору руку и вышел». Почему психотерапевты называются докторами, а не священниками? Сразу видно, что Дэвид Линч и психотерапевт исповедуют разные формы мракобесия и никто из них не воцерковлён. Время спустя снова обратился к роману Роберту Боланьо «Чилийский ноктюрн», в котором вдруг на странице 200-й зашла речь об Эрнсте Юнгере, немецком литераторе. Я же только что купил его книгу, понятно. «…капитан Юнгер, герой Первой мировой войны, автор «Стальных ураганов», «Африканских игр», «По мраморным склонам», «Гелиополис», это уже страница 201-я. Перевод названий дан не очень традиционный, но неважно. Если до конца романа объявится Дэвид Линч… а у меня такое чувство, что как-будто его тень уже промелькнула… Так вот, операция израильской армии «Литой свинец», которую она начала в прошлогоднее католическое Рождество, есть яростный визуальный ответ на название романа Эрнста Юнгера «В стальных грозах», и является одним из проявлений анти-вербальности. Анти-писания. Анти-говорения. Свинец и сталь. Короче, сейчас может возникнуть — или уже возникает — общество, в котором сам факт говорения и писания, а не только говорения и писания крамолы, и сам факт слушания и чтения, а не только слушания и чтения крамолы, может сделаться маргинальным и, в конце концов, криминальным занятием. В новом обществе надо будет не говорить, а излучать.

Comments are closed.