Я и Германия

Интимные подробности: я не германист, я не знаю немецкого языка, я никогда не был в Германии, у меня нет в Германии родственников и друзей, я не воевал, я не интересуюсь Германией специально ни по одной теме, я не слушаю «Немецкую волну», меня не угоняли в немецкий плен, я не футболист и меня не собирается покупать «Бавария». Но… Переводчик написал к книге  воспоминаний  Гюнтера Грасса «Луковица памяти» послесловие. Москва, издательство «Иностранка», 2008-й год. А в нём приводит список десяти самых популярных в Германии интеллектуалов. Гюнтер Грасс, естественно, на первом месте. А иначе зачем тут этот список нужен? Так вот, из этих десяти мне знакомы имена семи. Настолько знакомы, что я могу сказать: Хабермас — философ, а Райх-Раницкий — литературный критик. Из этих семи я читал книги пяти человек. И у меня есть сомнения на счёт шестого. Дело облегчает то обстоятельство, что немцы считают интеллектуалами в первую очередь писателей. Но из тех художников, которых называет Грасс в своей книге, я тоже знаю едва ли не каждого второго. В книге нет примечаний к именам: а зачем? — имена эти известны не только мне. Романы, которые читал Грасс, я тоже читал. Я представляю себе географию Германии. Я знаю в каком направлении течёт Рейн, а в каком Дунай. Я знаю, что Гамбург примерно находится на севере Германии, а Мюнхен на юге. Мне известны названия немецких исторических областей, архитектурных памятников, горных систем, автомобилей, самолётов, танков, стрелкового оружия. Мне известны имена немецких учёных, артистов, политических и военных деятелей и фотографов. Я могу вскрикнуть «хендэ хох!» и спросить «вас ист дас?» Если судить по книге Грасса, у нацистской Германии и советской России много общего: например, детские и юношеские идеологизированные организации, оздоровление детей в летних лагерях, ускоренное промышленное развитие, культ знаний и физического здоровья. Такое общее, которое не отторгает советское, но приближает нацистское. У послевоенной Германии и послесоветской России тоже есть точки соприкосновения: Гюнтер Грасс, например, упоминает новых немцев, которых он называет нуворишами. Или говорит о расхищении собственности бывшей гдр. Вопрос: зачем наполнилась чаша моего разума немецкой информацией? И не только моя чаша, я думаю. Разве правящие классы не захотят как-то использовать эту общую наполненность? Даже, если у них не было никакого заранее продуманного плана. Использовать на общее благо, само собой.

Comments are closed.