Русский, американец и инопланетяне

Mihail i Larisa nemchenko. Tol'ko chelovekПисатели-фантасты, русский и американец, получили однажды возможность изложить друг перед другом свое видение будущих контактов человечества с инопланетными цивилизациями. С формальной точки зрения они говорили от себя лично, на деле — излагали отношение своих народов к возможной встрече землян с галактическими цивилизациями. Русских отличал оптимизм или, в американской трактовке, «пресный дистиллированный оптимизм», [1] американцев — пессимизм, основанный, по мнению русских, на «вековечной грызне конкурентов». [2] Русские считали, что оптимизм основан на том, что «в космосе способны путешествовать лишь существа, находящиеся на высшей ступени развития. Существа высокоразумные и, значит, гуманные». [3] Русские были убеждены, что разум – это нравственность. Нравственность инопланетного разума проявится здесь, на Земле, ведь если они долетят до нас, то они разумные и гуманные, когда же люди «обнаружат мир разумных созданий, уступающих землянам по уровню интеллекта», тогда люди покажут, что они разумные и гуманные, и позаботятся о том, чтобы «этих существ не» «истреблять и не обращать в рабство». [4] Русская точка зрения, основывалась на узкой трактовке гуманизма, как нравственного отношения между себе подобными, из которого выпадают только животные: «Обезьяны – животные. А мы говорим об отношениях между разумными существами». [5] Американский пессимизм покоился на том, что разум – это сила: «в Галактике наверняка есть существа сообразительнее нас, и встреча с ними не сулит ничего хорошего». [6] Встреча на Земле вряд ли нас защитит от инопланетного интеллекта: «все будет зависеть от того, придется ли им по вкусу наша планета. Если она им понравится – пришельцы вряд ли станут с нами церемониться». [7] Надеяться на связь разума и нравственности не приходится, поскольку «будущее не отделено от настоящего какой-то резкой гранью», а в настоящем никакой особой связи между интеллектом и нравственностью, если брать цивилизацию в целом, не наблюдается: великие научные достижения и страшные социальные язвы существуют в одном времени. Нет гарантии, «что и неведомые астронавты далеких звезд не вышли на своих кораблях в просторы вселенной, отягощенные таким же или еще более страшным грузом зла». [8] Американские аргументы сильные. Русским под их давлением оставалось просто «верить» «в добрую волю» инопланетных народов, правительств и ученых. В общественное мнение, наконец. [9] Американцы ни во что это не верят. Но чудо! Первый контакт с инопланетянами, интеллект которых решительно превосходил человеческий, подтвердил русскую точку зрения, несмотря на прозвучавшие первые выстрелы и желание прибегнуть к атомным бомбам. Встреча пошла на пользу вступивших в контакт цивилизаций. Разум, гуманизм и вера, или, точнее, вера в разум, вера в гуманизм и вера в добрую волю, вот на что может положиться человек, ожидая встречи с инопланетянами.

[1] Михаил Немченко, Лариса Немченко. Пари: фантастический рассказ. – В книге: Михаил Немченко, Лариса Немченко. Только человек: фантастические рассказы. Художник А.А. Лебедев. – Свердловск: Средне-Уральское книжное издательство, 1979. – 208 страниц. — Страница 81-я.

[2] Здесь же, страница 83-я.

[3] Здесь же, страница 82-я.

[4] Здесь же, страница 83-я.

[5] Здесь же, страница 82-я.

[6] Здесь же, страница 83-я.

[7] Здесь же.

[8] Здесь же.

[9] Здесь же.

Leave a Reply