Встреча провокаторов

Semen Slepynin. Zvezdnye beregaУ провокатора должно быть не только хорошее человеческое лицо. У него, как следствие его лица, должен быть «первобытный склад мышления – так называемое художественное мышление». [1] Обычно достаточно беглого взгляда, чтобы увидеть в провокаторе, «просто почувствовать», «нечто необычное, нечто от забытых первобытных времён, когда люди, не зная красоты и величия техносферы, валялись на травке где-нибудь под деревом». [2] Чем твёрже первобытность провокатора, тем сильнее его обаяние. Человек с человеческим лицом и первобытной душевной организацией непременно вызовет отклик во всякой другой первобытной человеческой душе, будь она даже хорошо заполирована жизнью глубоко стандартизованного, обезличенного, гармоничного общества: «Да к такому человеку сразу же потянутся, как железные опилки к магниту, люди с атавистическим мышлением – художники». [3] И гуманитарии из тех, что склонны к творческой жизни. Правда, «первобытных осталось совсем мало», [4] общество долго трудилось над тем, чтобы привести художников и прочих гуманитариев к одному общественному знаменателю, зато немало есть «молчунов». Молчуны легко проявляются тогда, когда все кричат, а они молчат, но обычно они всё-таки мало отличаются от других людей, поскольку все остальное они делают так же, как другие люди. Только молчат о чём-то своём. Человек, который попадает в город, управляемый Гармоний, со стороны ли, из космоса ли, из прошлого, без труда замечает, что городская толпа, состоящая как будто из одинаковых, обезличенных людей, разобщена. Это «толпа одиночек». [5] Средства электронного контроля, которыми нашпигован город, видимо, не считывают одиночек, а значит, упускают из виду опасность, исходящую от каждого них, пока их одиночество не проявится в какой-нибудь художественной выходке. Хорошо бы заранее показать им человека. Стандартизованное общество нуждается в провокации, только беда – негде взять провокатора. Само по себе оно провокаторов не порождает. Провокаторов должно выращивать: создавать для них с самого детства особую среду; позволять им думать, творить, пусть в каких-то ограниченных пространствах, но действовать; оберегать, хранить их от толпы «машиноподобных людей», [6] вести по жизни, ожидая, конечно, что однажды на них начнут клевать первобытные люди, притворявшиеся стандартными. Но такого рода выращивание провокаторов – тяжёлая и опасная работа, она схожа с изменой, с заговором, ведь провокатор требует равных себе учителей, организации и даже традиции — тайной организации. Когда провокатора удаётся вырастить – это большая удача. Но когда провокатор является со стороны, не важно откуда — из космоса, из прошлого, это вдвойне удача. Провокаторов, чудом сохранившихся в мире электронной городской гармонии, и провокаторов, чудом переживших чёрную космическую аннигиляцию, охватывает при встрече радость взаимного узнавания: «Ты гнусный провокатор!» [7] «Я, может быть, впервые живого человека встретил!» [8] – Да «ты сам больной человек!» Ты тоже «в этом механизированном стандартном мире» «единственный человек». [9] Сростается ткань времён.

[1] Семён Слепынин. Звёздные берега: фантастическая повесть. Художник Н.Ю.Павлов. Свердловск: Средне-Уральское книжное издательство. 1976. Страница 15-я.

[2] Здесь же, страницы 15-я и 16-я.

[3] Здесь же, страница 16-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 9-я.

[6] Здесь же, страница 8-я.

[7] Здесь же, страница 15-я.

[8] Здесь же, страница 20-я.

[9] Здесь же.

Comments are closed.