Такая, понимаешь, Загогулька!

Irina Kraeva. Chaepitie s piatkoiЗагогулька – драйвер перемен. Ни любовь, ни корысть не годятся, ведь они объясняют часть перемен, а другую оставляют необъяснённой. Загогулька объясняет всё, пусть её собственные основания находятся в другом мире, в невидимых человеческому глазу пещерах, расположенных, правда, очень близко, стоит «сделать три шага, а может быть, девять» по белым и жёлтым узорам ковра, расстеленного по квартире, [1] но надо знать, как сделать эти шаги. Неизвестно, что заставляет Загогульку покидать пещеру, может быть, её тревожат соседи, которые не замечая, проходят через её укрытие, но известно, как она изменяет мир — она изменяет язык людей. Не изменять его она не может, потому что так устроен её слух: скажи кто-нибудь «Загогулька – вруша», она отвечает: «Спасибо, грушу сам скушай!» [2] Она теряет части слов, переставляет слоги, подменяет звуки, подтасовывает смыслы – и это самые невинные её забавы. Ни в чём не повинные люди получают плохие отметки по русскому языку, вызывают раздражение родителей и теряют друзей. Но, по крайней мере, им не грозит тюрьма или «психиатрическая экспертиза» в «центре имени Сербского». [3] Хуже, когда Загогулька занимается расследованием настоящих преступлений. Тогда её талант расцветает, а тюрьма оказывается рядом. Ведь всё, что она ни услышит, она толкует на свой лад: из магазина похитили игрушечных зайцев и верблюда. Загогулька настаивает на том, что зайцы и верблюд были живыми. [4] Значит, преступник похитил их, чтобы съесть. Съесть – это отягчающее обстоятельство. А когда выясняется, что это всё-таки были игрушки, то, значит, чтобы съесть игрушки. Подозреваемый почистил и даже постирал игрушки, но тем хуже для него — значит, точно хотел съесть. И точно похитил. К счастью, Загогулька не является единственным фактором перемен, есть в мире ещё что-то вроде Закавыки, которая хотя и не называется, и не проявляется так, как Загогулька, но хотя бы отчасти выпрямляет и восстанавливает язык, который Загогулька искривляет. Правда, на помощь мальчику, в которого Загогулька вселилась и вела его от одного приключения к другому, никто на помощь не пришёл. Загогулька призвала его бить семейный фарфор, выбрасывать из окон кухонную утварь, а потом, на удачу, конечно, выйти на улицу через окно. Когда Загогулька выходит из окна – её относит в Рио-де-Жанейро, когда её мама – маму относит в Париж, когда папа – папа улетает в Лондон. [5] А когда выходит мальчик, так полюбивший неправильный язык, то он никуда не улетает, а остаётся на улице под окном и смотрит, как «по ручью мчится бордовая шляпа», а в ней «сидит и помахивает хвостом счастливый белый пёс». [6] Загогулька может вернуться в пещеру и спокойно пить чай. Пока не родится новый мальчик, и не потребует себе новый язык.

[1] Ирина Краева. Разговоры с Загогулькой. – В книге: Ирина Краева. Чаепитие с пяткой: рассказы для детей. Рисунки Александра Бихтера. Санкт-Петербург: Гриф: Детгиз. 2011. Страница 36-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 56-я.

[4] Здесь же, страница 57-я.

[5] Здесь же, страница 59-я.

[6] Здесь же, страница 62-я.

Comments are closed.