Вопрос терминологии

Dzheff Smit. Boun 4Вторжению мира снов в мир яви предшествует языковой переворот: слова, которыми люди пользовались раньше, становятся неточными и требуют замены. Конечно, о вторжении свидетельствует и «дурманное чувство», от которого «кружится голова и подкашиваются ноги». Дурманное чувство «говорит, что случится нечто ужасное!» [1] И ночные кошмары: сны становятся «настолько ужасны, что» сновидцы «боятся спать». Явь начинает казаться им сном. [2] Но вещие сны и дурманные чувства являются уделом избранных – праведников и пробуждённых, — истину, которой они обладают, им ещё предстоит доказывать и отстаивать, и часто с мечом в руках. А слова принадлежат всем. В этом смысле всем доступно знание о будущем и значит, что ни у кого нет оправдания. Вдруг являются вызывающие общий восторг названия «Красный дракон» для пива [3] и «Охотник на драконов» для цыплёнка, жареного на открытом огне. [4] В этих названиях нет как будто никакой беды, только словесная игра, от которой так далеко ещё до того момента, когда люди станут населением, [5] страх – чувством собственной безопасности, [6] бесстрашие – нежеланием содействовать правилам этой безопасности, [7] а забор вокруг деревни – периметром. [8] Но этот момент наступит и, как бы упершись в границу, за которой перевороты невозможны, вызовет волну переименований, направленную в прошлое. Трудолюбивые, скромные и бережливые люди яви, накопившие изрядные богатства, вдруг окажутся порочными, нравственно испорченными плутами, [9] скопидомами, сбившимися с нравственного пути. [10] Потребуется избавить их от всех накопленных богатств ради возвращения на путь истинный и ради безопасности, конечно, потому что богатства привлекают больших красных драконов. А изрядные плуты, обманщики и воры – боссами, начальниками и военными руководителями, которым, чтобы исполнить их обязательства перед населением, потребуются все эти неправедно нажитые богатства. В основе словесных переворототв, а значит, и той опасности, которую он предвещает, лежит неправильно названный враг. Большой Красный дракон – друг людей. Но об этом известно немногим. Большинство жителей яви считают его врагом, хотя никогда не видели его. Праведники и пробуждённые не могут внушить им обратного, а плуты считают возможным пользоваться их заблуждением. Только в конце череды переворотов люди узнают подлинное имя врага. Истина, которая открывается перед ними, не останавливает нашествие мира снов. Да теперь им трудно поверить не только в мир снов, но и в то, что явь существует. Явь теперь похожа на сон, а сон – на войну. «Мы на войне». «Что мы наделали?» — спрашивают люди. [11] Что ж, попробуйте перевернуться в обратную сторону: дракон – друг. Периметр – забор. Война – это сон. Вы должны проснуться. Люди не просыпаются. Война продолжается. Значит, была достигнута истина – конец словесных переворотов. На истину слова на действуют.

[1] Джефф Смит. Боун. Книга четвёртая. Охотник на драконов. Перевод Тимура Тагирова. Санкт-Петербург: Рамона. 2016. Страница 22-я.

[2] Здесь же, страница 114-я.

[3] Здесь же, страница 19-я.

[4] Здесь же, страница 14-я.

[5] Здесь же, страница 105-я.

[6] Здесь же, страница 73-я.

[7] Здесь же, страница 89-я.

[8] Здесь же, страница 105-я.

[9] Здесь же, страница 119-я.

[10] Здесь же, страница 120-я.

[11] Здесь же, страница 169-я.

Comments are closed.