Сидя на волшебном бревне

Aleksandr Semenov. Zapisnaia knizhka volshebnikaКогда сидишь на волшебном бревне, весь мир становится волшебным. Но можно сказать и по другому: когда есть волшебство, тогда и мир волшебный. Откуда берутся волшебные брёвна — об этом даже волшебники не знают. С ними рождаются, их находят, они приходят. Всё это предположения, конечно, потому что известно только одно волшебное бревно, да и то через ряд посреднических волшебных операций уже пустили на строительный материал для избы. Но когда оно было, когда волшебник сидел на этом бревне, то волшебным становилось и то, что без волшебного бревна представляется пустяком, и часто пустяком неприятным, например. какие-нибудь словесные фокусы-покусы. «Как получить пятёрку за стихотворение»? Просто. Для этого надо выучить заклинание, текст которого точно совпадает с текстом стихотворения, которое задали учить в школе. [1] И смешно, и возмутительно. Или, например, если хочешь, чтобы огород картошки улыбался тебе, освободи его от сорняков. Подозрительно это всё, конечно. Но если ты сомневаешься, что огород может улыбаться, так тебе внушат, что прополотый огород улыбается, а запущенный грустит. И ты будешь стоять, смотреть на картошку и против своих сомнений увидишь, что «картошка тихонько улыбается». [2] Но действует внушение только в том случае, если внушает его твоя любимая тётя Наташа, волшебная огородница. Без волшебного бревна заметно, что некоторая часть волшебства — это простые, иногда простейшие психологические уловки, которые психологи называют установками. Такие уловки можно обращать к самому себе. Один волшебник для определения добрых и злых людей применял волшебный арбуз: «сожмёшь арбуз, приставишь к уху и слушаешь. Если он трещит, значит, человек хороший. А если нет, так себе, значит, человек неважный». [3] Когда порвалась авоська, в которой волшебник носил волшебный арбуз, волшебник вынужден был самостоятельно определять плохих и хороших людей, и выяснил, что добрые люди возникают в ответ на его вежливость, а злые — в ответ на его грубость. Волшебник сам давал людям установку быть злыми и добрыми. В какой-то мере это волшебство, но доступное каждому без всякого волшебного арбуза. Наконец, когда волшебное бревно пускают на строительство избы, становится заметно, что часть волшебства, хотя не перестаёт быть волшебством, но очень сильно сужается. Настоящие, волшебные волшебники — это люди, которые могут очень многое. А есть волшебники, которые могут немногое, важное, конечно, но в присутствии волшебного бревна их волшебство распространяется очень широко, а без него — держится в одном месте, как рыба под корягой. Это заметно на волшебных соревнованиях, ведь волшебники соревнуются друг с другом. Если на соревнованиях присутствует кто-нибудь с волшебным бревном, в соревнованиях не участвует, но как только он появляется, «у каждого мальчишки среди зрителей сразу оказывается в руках леденец», а у девчонок банка с вареньем из крыжовника и столовой ложкой, [4] волшебство захватывает всех, и волшебные соревнования удаются.

[1] Александр Семёнов. Записная книжка волшебника: сказки. Рисунки А. Семёнова. Москва: Детская литература. 1990. Страница 25-я.

[2] Здесь же, страница 23-я.

[3] Здесь же, страница 3-я.

[4] Здесь же, страница 31-я.

Comments are closed.