Признаки империи: матрёшка

Vladislav Baiats. Hamam BalkaniaИмперия содержит в себе другие империи, а те — ещё другие. Османы, хотя кажется подчас, что они были силой внешней по отношению к Византии, на самом деле были внутренней империей, спрятанной внутри империи. Они были не просто возможностью, но силой действующей, много раз и задолго до падения Константинополя проявлявшейся, служившей империи, спасавшей её и в итоге преобразившей её. Внутри Османской империи тоже существовали империи, и в их числе империя славянская, точнее, сербская. Она основывалась не только на череде сербских великих визирей, управлявших империей, но и на том, что османы захватили Белград, который сделался их форпостом в Европе: «границы завоёванного пространства постоянно продвигаются вперёд, и это даёт возможность создавать новые точки, откуда могут отправляться главные силы». [1] Раньше такой точкой была София, могла быть, если бы «султан и сераскер» не «отправлялись» «всегда» «в поход из Истанбула». [2] Империя, опираясь в своих военных предприятиях исключительно на столицу, препятствовала росту других империй внутри себя. Однако это же её стремление снижало эффективность военных предприятий, в связи с тем, что расстояние от столицы до границ с течением времени значительно увеличилось. «Поход из османской столицы, с учётом зимней подготовки, мог начаться не ранее апреля и» «должен был завершиться до наступления зимы». [3] Расстояния становились больше, а времени для их преодоления взять было негде. Взятие Белграда давло время, позволяя «двинуться на завоевании Венгрии, а также Австрии», но «главная часть армии» всё равно «выдвигалась из Анатолии и восточной Румелии, а султан — из столицы. [4] Имея в виду  Европу, следовало столицу империи перенести в Белград. Славянская османская империя получала бы тогда сильнейшее подкрепление. Но война и пространственное расширение не являются единственными и, возможно, даже главными целями империи. Империя стремится не к абсолютному, а к своему пространству, и не стремится выйти из него. Поражение под Веной 1529 года, которое остановило продвижение османов в Европе, выглядит в этой связи намеренным. Империя остановила сама себя, ибо существует «расстояние, на которое можешь бросить камень». [5] Выход за пределы имперского пространства вызван тем, что внутри империи как раз существуют другие империи, имеющие своё представление о пространстве и вообще о целях существования империи. Славянская османская империя требовала не только другой имперской столицы, но и другого пространства. Она требовала от империи измениться и преобразиться. Но оказалось, что османская империя не может выйти из столицы, поскольку столица, именно метрополия, есть не только то, ради чего империя существует, но то, что возникает не случайно. Перенос столицы в Белград означал бы возникновение новой метрополии, новой империи и завоевание Европы. Но империей без Истанбула, который в империи не может быть ничем иным как столицей. Столица останавила империю.

[1] Владислав Баяц. Хамам «Балкания»: роман и другие рассказы. Перевод Василия Соколова. Санкт-Петербург: Лимбус Пресс: Издательство К.Тублина. 2017. Страница 95-я.

[2] Здесь же, страницы 95-я и 96-я.

[3] Здесь же, страница 95-я.

[4] Здесь же, страница 96-я.

[5] Здесь же.

Comments are closed.