Голод

Vladislav Baiats. Hamam BalkaniaНепорядок в национальной мифологии. Империя производит призыв на военную и государственную службу мальчиков «нетурецкого происхождения», которых «отводили в османские сараи» и «интенсивно готовили к службе янычарами в элитных отрядах турецкой армии или к службе при дворе». [1] Османы бережно относились к сербской семье, ведь семья не только поставляет воинов и чиновников, но и платит налоги. «Увод одного мальчика избавлял» родителей «на все времена от опасности потерять других детей: турки твёрдо придерживались собственного правила — забирать из каждого дома только одного ребёнка мужского пола». [2] Военная и государственная служба неимоверно расширяла возможности молодых сербов, которые за отсутствием сербского государства, могли бы только крестьянствовать, торговать или монашествовать, пусть этот выбор был велик, но значительно меньше того, что предлагала империя. Мифология призывает сочувствовать родителям, которые «прятали детей по лесам» или намеренно «калечили детишек, полагая, что такие империи не годятся», хотя делали они это не очень хорошо, потому что «таких детей забирали аги». [3] А это значит, что никто своих детей толком не калечил. И были это далеко не дети, а отроки, подростки. Будущий великий визирь Мехмед-паша Соколович был призван восемнадцатилетним, хотя это и считается как будто редкостью. Так или иначе, но набор на государственную службу был далёк от того, что можно назвать национальным или религиозным угнетением. Османы отрывали «от книг отроков, готовящихся принять постриг», но только потому, что «такие дети были особенно желанны в качестве дани». То, что они изучали «христианское слово Божие, ничуть не помешало османам». [4] Всякое государство предпочитает видеть своих воинов и чиновников образованными — с этим ничего нельзя поделать. У будущего великого визиря было ещё одно достоинство в глазах османов — он был выходцем из дворянской семьи, а это значит, что и здесь они следовали интересам своего государства, полагая, что заслуги предков обратятся заслугами потомка. Интересы государства для османов были выше национальных различий: «турки, готовив детей к службе в своей армии не запрещали им помнить свои корни, но по праву считали, что чем меньше у них сохранится воспоминаний о родных краях, тем меньше они к ним будут привязаны». [5] У служилого должны быть другие привязанности. История Мехмед-паши Соколовича опровергает все пункты национальной антиимперской мифологии. А будущий великий визирь, кроме прочего, не отправлялся в неизвестность. На службу его «затребовал» чиновник, «который точно таким образом двадцать лет тому назад был увезён в императорский сарай». Он «быстро сделал карьеру при дворе султана, получив должность паши с правом принимать важные решения». [6] И полагал, видимо, что его земляк, славный юноша Бая Соколович, сможет сделать карьеру более блестящую. Он сделал. Национальной мифологии нечем питаться.

[1] Примечание * — Владислав Баяц. Хамам «Балкания»: роман и другие рассказы. Перевод Василия Соколова. Санкт-Петербург: Лимбус Пресс: Издательство К.Тублина. 2017. Страница 24-я.

[2] Здесь же, страница 25-я.

[3] Здесь же, страницы 24-я и 25-я.

[4] Здесь же, страница 25-я.

[5] Здесь же, страницы 21-я и 22-я.

[6] Здесь же, страница 25-я.

Comments are closed.