Внутреннее пространство окна

Aleksandr Stepanov. Fenomenologia«Древние заметили, что обликом колонна подобна человеку». [1] Древние ошиблись. У колонны нет внутреннего пространства, которое является первым и основным признаком человека, а вместе с человеком — человеческого жилища: «здание отличается от очень большой скульптуры», а вместе с ней и колонны, «во-первых, тем, что у него есть нутро, предназначенное для более или менее длительного и комфортного в нём пребывания — стало быть, оно защищено от непогоды и чересчур любопытных глаз», но вместе с тем, «во-вторых», это внутреннее пространство достижимо, достижимо и внутреннее пространство человека, поскольку «существует особым образом оформленный вход» в это внутреннее пространство. [2] Глаз. Человек — существо, способное создавать внутренние пространства, подобные тем, которыми он обладает сам. К зданиям, у которых такие пространства есть, приложимы антропные метафоры; а вот колонну можно только «уподобить статуе с намёками на антропоморфность, благодаря которым мы невольно приписываем ей характер и определённую манеру поведения». [3] Сознание противиться этому. Если колонна и оживает, то только в составе колоннады, и только «благодаря нашим собственным движениям и воображению. С нашей помощью колоннада одушевляет украшенное ею пространство — будь то тело здания или пустота вокруг колонн». Колонная — это усилитель. «Мы одушевляем архитектуру — и сами воодушевляемся последствиями своих телесных и душевных движений». [4] Но ничего собственного человеческого в колонне нет — в ней нет входа и прежде всего нет окон, которые могли бы уличить внутреннее пространство. Дом — это душа. В доме есть окна. «В петербургской поэзии окно — один из богатейших мотивом». [5] И не только потому, что эта поэзия принадлежит городу, полному зданий, но и потому, что сам этот город в целом — окно, которое, как известно, позволяет смотреть из внутренних пространств наружу и снаружи вовнутрь. Всё это свойства порта. Таково и свойство глаза — он не только смотрит на мир сам , но и позволяет миру заглядывать в душу. «Перед нами прихотливое сосуществование двух сред — отражаемой стеклом и угадываемой по ту сторону отражения». [6] Особое окно — витрина: «видишь её насквозь — но внимание распространяется только на то, что находится «меж стекол, блещущих соблазнами продажи». [7] Если кто-то, находящийся по ту сторону витрины случайно и увидел тебя — то таким же невидящим взглядом, каким замечаешь их ты». [8] Петербургское окно, таким образом, принадлежит двум средам — внутренней душевной и внешней природной. Петербургский глаз принадлежит двум существам, имя которых Европа и Россия, Запад и Восток. Необычность этих существ заключается в том, что они не только обладают общим глазом, не только вглядываются через него во внутренние пространств друг друга, но сосредоточены прежде всего на этом самом глазе, точнее, на тех фантомах, которые возникают внутри него — на его «обворожительных ассамбляжах». [9] У окна есть душа.

[1] Александр Степанов. Феноменология архитектуры Петербурга. Санкт-Петербург: Арка. 2016. Страница 213-я.

[2] Здесь же, страница 178-я.

[3] Здесь же, страница 213-я.

[4] Здесь же, страница 215-я.

[5] Здесь же, страница 183-я.

[6] Здесь же.

[7] Сергей Андреевский. Обручение. — Здесь же, страница 189-я.

[8] Здесь же.

[9] Здесь же, страница 190-я.

Comments are closed.