Смена элит в Искоростене

boris-rybakov-yazychestvo-slavian«Геродот описывает» «обряд» выхода из нашего мира вслед за вождём «у скифов-кочевников», хотя «царские курганы со скифским обрядом есть и в земле скифов-пахарей», [1] которых принято связывать с праславянами. Полторы тысячи лет спустя Ибн-Фадлан, познакомившийся с русами в Булгаре, утверждал, что в замке царя русов находится четыреста мужей «из числа богатырей, его сподвижников, а «надёжные люди из их числа умирают» вместе с ним и за него. [2] “Надёжные люди», готовые сопровождать царя в его странствии по иным мирам, всегда свободные, поскольку, по словам Геродота, «купленных же за деньги рабов у царя не бывает». [3] По обычаю вместе с царём умирали свободные люди, — в отличие от тех календарных празднеств, когда «в жертву приносились иноземцы, пленные», [4] — «своеобразная гвардия племенного вождя или князя, разделявшая с ним тяготы и успехи военной жизни», [5] но не оставлявшая его и после. Отсюда следует, что категории жестокости или варварства не применимы к этому обычаю, поскольку дело лучших и «надёжных людей» и состоит в том, чтобы умирать за царя. Однако смысл обычая ясен только отчасти, поскольку непонятно, в чём состоит он для этого мира, ведь лучшие оставляли землю, требовавшую их заботы. Близкий по времени Ибн-Фадлану летописный рассказ об Ольге и древлянах раскрывает этот смысл. «Князь Игорь Старый, как известно, был убит древлянами при сборе повторной (незаконной) дани в 945 г. Убив Игоря, древляне похоронили князя под городом Искоростенем, но, очевидно, без всяких почестей. Древляне пытались выйти из сложившегося положения, предложив княгине Ольге, вдове Игоря, брак с древлянским князем Малом». [6] Предложение, будь оно принято, подорвало бы смысл обычая. «Ольга расправилась с двумя посольствами древлянской знати», «часть древлян была убита и похоронена в ладье», поскольку Игорь умер в пути, второе посольство было сожжено, как и положено умирать знатным русам. «Третьим эпизодом посмертных почестей Игорю было убийство огромного количества лучших древлянских мужей во время погребального пира на кургане». [7] Кажется, что смысл обычая для этого мира состоит в наказании тех, кто недоглядел, а в случае древлян это очевидно, ведь «Ольга использовала древний обряд в целях отмщения, отобрав жертвы только среди древлян и в небывало большом количестве», [8] но это же происходило и во всех других случаях, когда князь умирал. Гибель лучших древлян указывает на то, что смысл древнего славянского обычая состоял в том, чтобы сменить элиту. Только так, постоянно рискуя жизнью и умирая за царя, элита не просто подтверждает своё положение, но вообще только так может существовать. Когда под воздействием христианства обычай отмирает, древняя русская элита тоже «постепенно» сливается «с «людьми», с основной массой феодально зависимых крестьян». [9] До поры.

[1] Борис Рыбаков. Язычество древних славян. — 3-е изд. — Москва: Академический проект: Культура. 2015. Страницы 291-я и 292-я.

[2] Ибн-Фадлан, цитата и указание. — Здесь же, страница 292-я.

[3] Здесь же, страница 291-я.

[4] Здесь же, страница 293-я.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же.

[8] Здесь же.

[9] Здесь же, страница 294-я.

Comments are closed.