Самоуверенный светлячок

Alfred Deblin. Gory moria i giganty«Русская равнина, которая за период, истекший со времени огненной битвы», произошедшей в ходе Уральской войны, когда она была стёрта с лица земли, «снова разгладилась, успокоилась, зазеленела», и настолько, что «кочевые монгольские и сибирские племена» уже могли принимать «к себе жалкие остатки населения западных городов». [1] Впрочем, это обстоятельство говорит не столько о состоянии Русской равнины, сколько о том, что все земли вокруг Европы были разорены. И именно те, которые должны были стать пристанищем для европейских колонистов. Была взорвана Исландия, погибла Гренландия, ещё в незапамятные времена опустело побережье Средиземного моря, гренландские чудища загнали европейские города под землю, а гиганты, призванные как будто защищать их, подземелья разрушили. Гиганты собрали все накопители вулканической энергии в Корнуолле, а затем взорвали их. Возможно, «они их использовали, чтобы удовлетворить свою ярость и жажду мести»; [2] возможно, «они не собирались себя уничтожать», но «допустили какую-то ошибку, просчёт, слабость. Переоценили свои силы». [3] Так или иначе, но «над Северной Европой после событий в Корнуолле висела пыль, как при извержении вулкана; неделями не прекращались ливневые дожди. Но в те дни, с их судорожной суматохой и убийственной яростью, на это не обращали внимания». [4] Нельзя было не заметить того, как «крепко спаянные орды с Британских островов», «остатки населения затопленной Ирландии», «убивая и грабя, пробивались сквозь Западную Европу». [5] В это время погибли «датские и скандинавские города-государства», и пригодными для жизни остались только несколько оазисов, в том числе Русская равнина. Остальной мир благоденствовал. Множество народу удалось переправить «в просторные и давно освоенные африканские ландшафты, в Северную и Южную Америку», но когда правительство Бранденбурга попыталось препятствовать новому переселению народов, «вооружённые сильные орды бранденбургских земледельцев» восстали, «открыли свои границы на север и запад и стали принимать к себе целые полчища беженцев». «Через собственную границу они выводили толпы северян на Варту, на Вислу», а те в конце концов уходили на Русскую равнину. [6] Переселение, однако, не воспринималось как поражение, несмотря на то что было частью «Катастрофы», при этом заслуженной, но виделось началом нового и счастливого пути. «Мы уже стали богаче и сильнее. Мы настоящие гиганты. Мы те, кто прошёл через Уральскую войну и гренландскую экспедицию. И мы… Мы не погибли». «Скоро мы вновь расселимся по всей Земле». [7] Земля – живое существо. Мы причинили ему неисчислимые страдания, но мы ему необходимы. «Чёрен эфир вверху, с его солнцами-шариками, с россыпью мутнеющих искорок-звёзд. И Чернота делит ложе с людьми, прильнула к ним грудью: потому что свет исходит от них». [8] Свет наш не погаснет. Но надо следить за тем, чтобы он не был слишком ярок.

[1] Альфред Дёблин. Горы моря и гиганты: роман. Перевод Татьяны Баскаковой. Санкт-Петербург: Издательство Ивана Лимбаха. 2011. Страница 664-я.

[2] Здесь же, страница 669-я.

[3] Здесь же, страница 668-я.

[4] Здесь же, страница 665-я.

[5] Здесь же, страница 663-я.

[6] Здесь же, страница 664-я.

[7] Здесь же, страница 672-я.

[8] Здесь же, страница 673-я.

Comments are closed.