Пять тысяч лет русской школе для девочек

boris-rybakov-yazychestvo-slavianНауке сопутствует сверх-ожидание. Мало знаний, которые она добывает, ожидается, что она добудет знание, лежащее за пределами самой себя, перенесётся в область чудесного. В полной мере это относится к археологии. Нет такого артефакта, разысканного ею, который не толковался бы как принадлежащий к области священного, а там и магического. Для культуры трипольских земледельцев медного века известно поместительное глинобитное сооружение, разделённое на две половины. «Первая, ближайшая ко входу, совершенно пуста; здесь нет ни сооружений, ни находок». Во второй половине находятся печь, стол и некое возвышение, которое определяется как трон. «На алтаре находились 16 глиняных фигурок» женщин», сосуд для воды, в середине второй половины сооружения «располагались пять жерновков-зернотёрок и около каждой из них — по женской фигурке». «Безусловно правы исследователи, называющие это примечательное сооружение святилищем». [1] Но это школа! Представить себе школу возрастом пять тысяч лет значительно сложнее, чем святилище, поскольку школа, несмотря на все чудеса с нею связанные, обычна, а ожидается нечто выходящее за рамки обычного. И более того, в отличие от пещерных святилищ, которые были школами мужскими, трипольское «святилище» — школа женская. «Перед нами — своеобразный женский дом, связанный с выпечкой хлеба», [2] и со всей «аграрной магией», которая «является в значительной мере половой магией», то есть наукой о вынашивании, рождении и воспитании ребёнка. «В условиях хорошо налаженного и продуктивного трипольского хозяйства, нуждавшегося в расширении запашки, а следовательно, и в дополнительных рабочих руках, рождавшиеся дети были не обузой, а желанным расширением трудового коллектива. Трипольские поселения разрастались до 3-10 тыс. человек. Рождение детей становилось таким же благом, как и рождение урожая». [3] Не трудно узнать и то, что преподавали в энеолитических школах для девочек, если обратиться к «основным разрядам женских изображений» [4] предыдущей эпохи, которые в триполье по своему содержанию мало изменились. Правда, «массивные» женские фигуры, известные ещё из эпохи палеолита, постепенно стали вытесняться фигурками юных девушек. Аграрная магия обращалась в первую очередь к девам. В остальном можно говорить о содержательном сходстве. «Встречаются глиняные женские фигуры с руками, воздетыми к небу, но количество их не велико». [4] Это женщина молящаяся. «Нередко встречаются изображения сидящих беременных женщин» и даже «изображения рождающих женщин». [5] “Представляют интерес парные фигурки двух как бы сросшихся женщин», которые являются или отголоском культа «владычиц мира» или предваряют «зарождение развившегося впоследствии культа близнецов-диоскуров», [6] но в любом случае это женщина властвующая. Встречаются женские фигурки «в сочетании с жертвенником и ритуальным сосудом». [7] Это женская доля. «Изредка встречаются фигуры женщины с маленьким ребёнком на руках». [8] Это женское счастье. Более чем обширная программа школьного обучения. Однако орнамент, которым украшались женские фигурки, указывает, видимо, и на то, что девочки изучали философию, географию и геометрию. Да, сверх-ожидание должно сбываться.

[1] Борис Рыбаков. Язычество древних славян. — 3-е изд. — Москва: Академический проект: Культура. 2015. Страница 183-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 186-я.

[4] Здесь же, страница 174-я.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же.

[8] Здесь же, страница 175-я.

Comments are closed.