Смысл бесчувствия

Maksim Kantor. ChertopolohБесчувствие сюрреалистов имеет лабораторный характер. Хотя события, которые они описывают выходят далеко за рамки одной человеческой жизни, но всё-таки это не события вселенские, они ограничены одной комнатой, одной городской площадью или одним уголком морского побережья. Художник не чувствует себя в этих пространствах посторонним — это несомненно его комната, его город, его побережье, — подчас он включается в происходящие здесь события, но в общем он только наблюдает за тем, как распадается и заново составляется мир. Свою роль он видит в том. чтобы выхватывать и фиксировать на бумаге комбинации, возникающие из стремления элементов распадающегося мира к новому единству, пусть эти сочетания возникают только на доли секунды. Художник отслеживает варианты мира. Эксперимент в целом ставит не художник, но он участвует в нём на правах младшего лаборанта. Лаборант должен сохранять спокойствие: «для Сальвадора Дали именно бесчувствие было условием создания образа. Вообще, сюрреализм как стиль искусства и жизни страсти не предполагает». [1] Созерцать возникновение нового мира не каждому человеку по силам, но сюрреалисты выстояли: их «картины завораживают бесчувственностью — или, если угодно, объективностью». [2] Бесстрастность имеет многие следствия, но не порождает бессмысленность. Нельзя говорить об «уродливой бессмысленности» [3] возникающих вариантов мира, которые запечатлели сюрреалисты. Уже то, что их удалось схватить кистью, придаёт им смысл как произведениям искусства. Но у них есть и свой собственный смысл, именно как вариантов мира. Мир, хотя постоянно распадается и восстанавливается, для нас, не только для отдельного сознания — для целых поколений людей, иногда как будто замирает, даже слишком, подчас настолько перестаивая, что мы от него устаем. Однако мы помним, благодаря сюрреалистам, что когда он становился, были другие варианты, которые не только указывали на возможность иного мира, но укрепили нас в этом мире, замершем для нас хотя бы на некоторое время. У сюрреализма есть «конкретная социальная роль», [4] которая, конечно, состоит не в том, что люди «у картин сюрреалистов переживают страннейший катарсис — причастность бесконечной катастрофе», [5] а в том, что они смотрят на эту катастрофу со стороны, глазами лаборантов. И ценят эту свою точку зрения, которая, конечно, не дана им пожизненно. И не стремятся стать элементом тех комбинаций, которые описывают сюрреалисты. В этом смысле сюрреализм, несмотря на сопровождавшую его критику, консервативное течение, призывающее ценить мир нам данный, но историческое, которое возникает время от времени, чтобы напомнить о лучшем варианте, но с установлением этого варианта исчезает. О том, что мир возникал, можно судить по химерам — несочетаемым сочетаниям, которые можно видеть повсюду, — «сюрреалистическим бракам», «сюрреалистическим договорам между странами», «сюрреалистическим представлениям о сюрреалистической свободе», «сюрреалистическим декларациям» и «сюрреалистическим идеалам», [6] — или, вполне возможно, возникает снова. Но тогда нам придётся признать, что возникает мир старый. Поскольку сюрреалисты нам его уже показывали.

[1] Максим Кантор. Сюрреализм. — В книге: Максим Кантор. Чертополох: философия живописи. Москва: аст. 2016 Страница 360-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 361-я.

[6] Здесь же, страница 363-я.

Comments are closed.