Из космоса в космос

Andrei Golovnev. Antropologia dvizhenijaОрда, подобно жилищу французского философа, растёт снизу вверх. У орды есть вертикаль, которая ведёт её из тьмы рода к свету государства. «Зерном, из которого выросла орда, было сиротство Темучжина», упавшее в неверную тьму кровнородственных связей, и «верность Боорчу», [1] первого воина, примкнувшего к империи, когда империя, ещё никем не видимая, но уже чаемая, состояла из одного великого, пусть только будущего, хана. Кровное родство – погреб, бессознательное, тьма. Чингис-хан совершил революцию в пользу тех, кто был обделён кровным родством: перебежчиков, сирот и вдов. Он «последовательно» «уничтожал или унижал вождей и аристократию побеждённых народов», вообще, всю систему, державшуюся на родстве, и подчинял её «своим нукерам». [2] Наблюдатели обращают внимание на «небрежение Чингис-хана к степной традиции родства», [3] хотя «родство и знание родословия у монголов было основанием идентичности». [4] После исполнения ритуала, в ходе которого Темучжин был избран великим ханом во второй раз, он «назвал 95 нойонов-тысячников, «потрудившихся вместе с ним в «создании государства», [5] среди которых «не было ни родовых вождей», избравших его великим ханом в первый раз, «ни его близкой родни». [6] Поднимаясь вверх, к государственной системе управления, Чингис-хан создал не только десятичную структуру государства, но и её «нервную систему», которой стала гвардия, поскольку «сама по себе десятичная структура не обеспечивала боеспособности войска, и вообще армия создаётся не для удобства счёта». «Гораздо важнее создание механизма действия-движения войска в унисон с волей и настроением хана». Все движения армии «направлялись ставкой хана – ордой, а орда-ставка управлялась ханом через кешик», [7] — то есть через гвардию, — который «будучи личной охраной хана, одновременно контролировал всю орду-армию», [8] «не участвуя собственно в военных действиях. Тактика монголов часто состояла в том», что «решающую роль играл шедший в глубине строя и направлявший общее движение «срединный полк», [9] которым кешик тоже мог быть, но только в том случае, если в бой вступал хан. Кроме того, на гвардию было возложена обязанность наблюдать за судопроизводством, распределением военного снаряжения, логистикой, лошадьми, а также общий надзор за хозяйством хана, «женщинами, пищей хана, знамёнами, барабанами». [10] Гвардия была хранительницей «покоя, сновидений и «высшего наслаждения» Чингис-хана». [11] Численность гвардии в конце концов достигла тьмы, а её сравнялась с ролью «нервной системы» живого организма. Или, если иметь в виду вертикальность орды, роль ясного сознания, противостоящего кровнородственной тьме. Для средневековых монголов, как и для современных французских философов, движение к ясности имеет свои числовые ограничения. Выйдя из тёмного космоса подземелья, обретая свободу на жилых этаж, а на чердаке – конструктивную ясность, движущийся дух в конце концов снова проваливается в космос, необъятный и непостижимый.

[1] Андрей Головнёв. Антропология движения (древности Северной Евразии). Екатеринбург: уро ран; Волот. 2009. Страница 418-я.

[2] Здесь же, страница 406-я.

[3] Здесь же, страница 407-я.

[4] Примечание 30-е. — Здесь же, страница 408-я.

[5] Сокровенное сказание, цитата. — Здесь же, страница 412-я.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же, страница 410-я.

[8] Здесь же.

[9] Здесь же, страница 413-я.

[10] Здесь же, страница 412-я.

[11] Здесь же, страница 413-я.

2 Responses to “Из космоса в космос”

  1. Головнев голова. В академики идёт.

  2. admin:

    Хороший завершающий аккорд для чтения этой книги.