География тьмы

Edward Vadi Said. Kultura i imperializmТьма снаружи. Внутри, вызванное «прозрачным историческим импульсом нарратива», неумолимое «поступательное темпоральное движение», [1] репрезентирующее систему и обладающее властью «говорить за всех в пределах своей сферы». [2] Пусть «мы живём и грезим в одиночестве», [3] «искать другие» этому движению «альтернативы бесполезно. Система их попросту элимирировала, о них ничего нельзя сказать, ни даже подумать. Округлость, полная закрытость целого неприступна не только эстетически, но и психологически». [4] Искать содержание частной грёзы, отличной от генерального нарратива, столь же бессмысленно, как и альтернативное движение. «Миссия европейца в этом мире тьмы» [5] состоит в том, чтобы нести свет. Обмен между светом и тьмой как будто односторонний. Тьма ничего свету не даёт. Но это классическое ощущение принадлежит началу двадцатого века. К концу века тьма неожиданно изменила своё положение в пространстве, хотя солнце клонилось к закату ещё раньше. Тьма оказывается не снаружи, а внутри, при том, что самое неумолимое движение — снаружи. Левиафан как бы вывернулся наизнанку, но теперь это была правильная его форма: «снаружи кита писатель обязан понимать, что он (или она) является частью толпы, частью океана, бури, так что объективность становится великой мечтой», — а частная мечта в условиях генерального нарратива и невозможна, — «как совершенство, недосягаемой целью, ради которой нужно бороться, несмотря на невозможность добиться успеха. Снаружи кита находится мир, описываемый знаменитой формулой Сэмюеля Беккета: я так больше не могу, я продолжаю». [6] Писатель во всех – внутреннем и наружном — вариантах примыкает к светоносному движению, а не к тьме. Оправдывает писателя его сущность, согласно которой он не может нести тьму. Только свет. Тьма не только в Африке, хотя сначала кажется, что не в Африке, но затем становится ясно, что «всепроникающая тьма» «в Лондоне точно такая же, как и в Африке». [7]  Носителем «mission civilisatrice», элементом движения, теперь выступает «чёрный человек», который «совершает путешествие на север, на территорию белых». [8] Делается возможным компромисс. Правда, а это уже открытие нашего времени, особенность тьмы состоит в том, что она не симметрична, не связана со строгой сменой плюса на минус, она свободна. Перемена её места обитания с юга на север выступает лишь частным случаем её проявления и доказательством её свободы. Тьма обнаруживается на всех континентах и во все времена. В настойчивых попытках, которые делаются для того, чтобы сделать её симметричной и обратимой, есть что-то безнадёжное. Но из этого не следует, что тьма бесполезна, а тем более невозможна. Тьма необходима. И в контексте необходимости она уже внутри.

[1] Джозеф Конрад. «Сердце тьмы», указание. — Эдвард Вади Саид. Культура и империализм. Перевод А.В. Говорунова. Санкт-Петербург. Владимир Даль. 2012-й год. Страница 76-я.

[2] Здесь же, страница 77-я.

[3] Джозеф Конрад. Сердце тьмы, цитата. — Здесь же, страница 75-я.

[4] Он же, указание. — Здесь же, страница 78-я.

[5] Здесь же, страница 75-я.

[6] Салман Рушди, цитата. – Здесь же, страница 84-я.

[7] Джозеф Конрад. Сердце тьмы, указание. – Здесь же, страница 88-я.

[8] Тайиб Салих, указание. – Здесь же, страница 90-я.

Comments are closed.