Сосуд империи

Jason Goodwin. Velichie i krahТёмные века, на этот раз византийские. «Драгоценные камни древних корон и золотые изделия, созданные в так называемые Тёмные века» — «за тысячу лет цивилизации», другими словами; — «священные реликвии, принадлежавшие спутникам Христа, а также пряди их волос и кусочки зубов; перо архангела Гавриила, которое тот обронил во время Благовещения; ковчег Завета и завеса храма Иерусалимского; цепи апостола Петра, гвозди, которыми был сколочен животворящий Крест Господень, и частицы древа его; трубы, сокрушившие стены Иерихона – всё, всё было утрачено. В пламени погибло бессчётное множество книг, и оттого умножилось в мире сомнение и больше стало загадок. Порядок был нарушен, авторитет поколеблен». [1] Удача покинула империю» и отправилась на Запад, где «творения искусных ювелиров украсили диадемы маркиз», а работы скульпторов — площади городов. [2] Крестоносцы взяли Константинополь на Пасху 1204 года. Империя просуществовала ещё два с половиной века, но сделалась как бы пустой в духовном смысле, хотя дороги, города, порты, техника и технологии, вообще вся материальная часть цивилизации остались. Полыми бывают не только люди, но и империи. Турки взялись заполнить её собой и сделали это с «поразительной лёгкостью – казалось, им помогает само Провидение». [3] Если им не успевали помочь сами византийцы. У турок не было флота, но византийцы взялись переправить их через Геллеспонт, имея в виду собственные нужды. На обратном пути турки захватили крепости, охранявшие проливы, «и с тех пор христианские корабли – генуэзские, венецианские и византийские – выстраивались в очередь, чтобы возить их с одного берега на другой и обратно». [4] Помощь, о которой императоры взывали к Западу, обусловливалась переменой веры. Императоры как будто «готовы были поступиться своими религиозными убеждениями», [4] но этим обещаниям никто не верил. Болгары захватили в плен императора, пытавшегося организовать сопротивление. Венецианцы «посадили его в долговую яму». [5] Жители самых разных городов выходили навстречу завоевателям «с ключами от замков и крепостных стен» и изгоняли тех, кто пытался сопротивляться им. «Солдаты, как мусульмане, так и христиане, просили принять их на службу». [6] Крестьяне обнаружили, что под властью турок они должны были работать на своего сипахи «всего три дня в год» и платить десятину в казну, которую они платили будучи христианами»: «им была предоставлена полная самостоятельность как в вопросах религии, так и земледелия». [7] Опасность для турок представляла не империя, сколько те, кто пытался заполнить империю по собственному разумению, будь они христиане или мусульмане. Но турки так «крепко держались за свои обычаи» и так «сильно гордились своей верой», что никто не мог их чему-нибудь научить. [8] И остановить. Тем не менее, они в общем заняли только то, что было полым. Оставленный владельцами сосуд империи.

[1] Джейсон Гудвин. Величие и крах Османской империи: властители бескрайних горизонтов. Перевод М. Шарова. Москва. КоЛибри. Азбука-Аттикус. 2013. Страница 32-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 33-я.

[4] Здесь же, страница 34-я.

[5] Здесь же, страница 35-я.

[6] Здесь же, страница 38-я.

[7] Здесь же, страница 40-я и 41-я.

[8] Здесь же, страница 39-я.

Comments are closed.