Поэт двух миров

Sergei Toroptsev. Li BoПредставление о национальном поэте и дальше – требование к поэту быть со своим народом, где бы он ни был, — радикально преобразовывает, прямо переворачивает, ту известную истину, что поэт — нездешний. Его народ – небожители. Его родина Небо и Земля – вторая родина. Некоторые из небожителей нисходят к нам – это поэты. «Так пришёл» — снизошёл — «в наш мир великий Ли Бо». «На сносях вошла в сон» его матери «звезда Чангэн» — утренняя Венера, — «потому новорождённому дали имя Бо» — Белый – «а прозванье Тайбо» [1] — Великая Белизна, это имя носит не только звезда, но и гора в провинции Шэньси». [2] Белый «для китайского мировидения» «не столько цвет, сколько объёмная, глубинная культурема, обнимающая не «пустоту отсутствия» (как её понимаем мы), а «пустоту наличия», [3] когда, надо понимать, одно наличное зеркало всматривается в другое наличное зеркало. Мать Конфуция в канун родов видела Чёрного духа, смутившего её известием, что сын станет «большим человеком», и в урочный час с Неба полилась музыка и протрубил Единорог», «предвещающий рождение великого мудреца». Конфуций родился на небольшой горе и второе имя получил «Цю» — холм.  «Мать Лао-цзы в канун рождения сына «ощутила звезду». И мать Лю Бана, первого императора династии Хань, «встретила во сне духа», чёрного дракона, который обвил её. [4] Ли Бо не был одинок, не был единственный снизошедшим, но тяготится одиночеством: «он жадно тянулся к людям, даже случайных знакомых именовал друзьями», но обрёл только двух – Ду Фу, равного ему во всём, но более земного, и Юань Даньцю, духовного учителя, как раз более «небесного», отдававшего абсолютный приоритет небесному перед земным. [5] «Ли Бо появляется в какой-то точке Земли не как продолжатель живущего здесь рода, а как человек без корней. Это знают окружающие, это чувствует он сам и намекает нам невероятно частым использованием слова «кэ» для самообозначения и самохарактеристики – он «гость» на Земле, в любой её точке, «чужак», «пришелец», «странник». [6] Но не только в виду Неба, а в самом обычном понимании слов. Геналогия его туманна, если  не считать того, что он принадлежит к роду «полисемантически легендарного Лао-цзы». [7] Об отце его мало что известно и он старается о нём не говорить, «а мать хотя и косвенно, но присутствует – хотя бы своей племенной принадлежностью: в стихах часто упоминается народность «цян», к которой она принадлежала, и язык «юэчжи» (или «юэши»), на котором они говорили». [8]  Внешний облик Ли Бо, не мифический, а человеческий его род, язык матери, его прозвище, указывают не только на Небо, но и на запад: «родился на западе, а умер на востоке страны». [9] В том, возможно, примирительном смысле, что родился не с нами, но всё-таки с нами остался.

[1] Сергей Торопцев. Ли Бо: земная судьба небожителя. Москва. Молодая гвардия. 2014. Страница 13-я.

[2] Здесь же, страница 16-я.

[3] Здесь же, страница 14-я.

[4] Здесь же, страница 16-я.

[5] Здесь же, страница 15-я.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же, страница 16-я..

[8] Здесь же.

[9] Здесь же, страница 13-я.

Comments are closed.