Материнская тема

Ragnar Kvam. Tur Heyerdal. IРусские стали ещё одним обществом, вытеснившим Тура Хейердала со своей территории. При этом, поскольку они воспользовались бюрократической процедурой, вытеснение Тура Хейердала русскими может быть документировано, а не полагаться исключительно на его самоощущения, как это было в случае с полинезийцами и канадскими чернорабочими. «За несколько дней до Рождества» 1944 года «от российского командования поступила телеграмма, в которой говорилось, что в полученном им от норвежского военного атташе в Москве списке норвежских офицеров Тур Хейердал не значится. Поэтому ему надлежало с первым же конвоем вернуться в Лондон». [1] Тур Хейердал находился в Норвегии, но на территории занятой русскими – отсюда влияние русских на его судьбу. Телеграмма спасла ему жизнь. Он входил в группу норвежцев, которые готовились совершить диверсию против немецких кораблей, стоявших в одном из портов. Большая часть группы во время операции погибла или попала в плен. Вытеснение, которое несколько раз испытал на себе Тур Хейердал, одновременно всегда было спасением: полинезийцы вынудили его покинуть Фату-Хиву, заражённую тяжёлыми инфекциями, канадцы – из зоны техногенной катастрофы. Русские из девяти жизней, которые были дарованы ему богами, не потратили ни одной, а сохранили одну-две, может быть, три. Пусть впоследствии ему пришлось заходить на территорию страны через Швецию. Но когда его разведгруппа прибыла к месту назначения, война закончилась и его отношение русским осталось навсегда положительным. Причину этого следует, видимо, искать в различном отношении русских, канадских чернорабочих и полинезийцев к земле. Земля русских была тоже самым очевидным образом в опасности, но русские за неё дрались, не щадя себя, и побеждали. Тур Хейердал мог убедиться лично, что они выстояли под Мурманском, а затем, оттеснив врага на безопасное для города расстояние, остановились уверенные в своей силе. Тур Хейердал отмечает это обстоятельство и удивляется ему. А жители Фату-Хивы и канадские чернорабочие сдались. Первые поставили себя в полную зависимость от европейских продуктов и внешнего снабжения, вторые примирились не только с опасностью, исходившей от производства, на котором они работали для них самих, но даже для их семей. Канадцы считали, что будут «брести по ядовитой долине, пока их путь не подойдёт к концу. …рабочие завода ничего не имели против того, чтобы жить внизу, в городе, где будто пойманный в котёл, постоянно лежал туман. Жильё там стоило дешевле, чем на лесистых холмах, где жили функционеры». [2] Руководители предприятия тоже считали, что поделать ничего нельзя – прогресс. Тур Хейердал не мог с этим смириться. Он «снял маленькую квартирку, состоящую из комнаты и кухни, в соседнем городке под названием Россленд». [3] И хотя ему приходилось больше времени добираться до работы, но его дети и жена могли дышать чистым воздухом. Землю не спасёшь, но сам убережёшься. Русские другие — за землю постоят.

[1] Рагнар Квам. Тур Хейердал: биография. Часть I. Человек и Океан. Перевод с норвежского: Карпушина С.В. и Машкова С.А. Москва. Весь мир. 2008. Страница 324-я.

[2] Здесь же, страница 252-я.

[3] Здесь же.

Comments are closed.