Космостепь

Bashkirskii muzei 2

Лес тёмен и прям. Степь прозрачна и округла. Отсюда происходит ложное противопоставление прямоты и кривизны в русской культуре, например, наши мечи прямы, а сабли степняков кривы. Русские сами пользовались саблями разного рода и ничего – не степняки. Сарматские мечи из Филипповки прямы, и те – не лесовики. Темнота, прямота, округлость и прозрачность имеют отношение не к частностям, а к пространству в целом. На картине «Вечер в ставке» Павла Кузнецова, которую мне посчастливилось видеть на днях в Башкирском художественном музее, прямые линии имеют отношение к частностям – двери, телега, какая-то утварь, — а в целом пространство округло, включая очертания юрт, небо и землю. Линия горизонта пряма, но взята она здесь как частность, как короткий промежуток между юртами, а откройся она — и округлится. Нет прямой линии, которая бы доминировала или хотя бы оппонировала степи. Прозрачность, если следовать за Павлом Кузнецовым, это свойство, которое возникает в результате соединения неба и земли. То есть, это не отсутствие чего-то, а присутствие – это степной космос. Космостепь. Прямая линия, однако, преобразует её во что-то другое, в иное пространство. И это не мои догадки. На картинах Рината Харисова, а я вижу репродукции в каталоге его выставки, пространство, очень схожее с космостепью Павла Кузнецова, расчерчено тонкими прямыми линиями, которые делят её на участки, ограничивают едва ли не как паутинки ограничивают небо, но они уже здесь. Башкирский художественный музей. Уфа. Планета Земля.

Comments are closed.