Большой Контроль

Dmitrii Bykov. SpisannyeНекто невидимый – «они» — осуществляет Контроль. «Мы» худо-бедно контролю подчиняются. Контроль в веществе своём тоже невидим, и, наверное, должны быть невидимы контролёры, но в силу того, что человек не может подчиняться только невидимому, но должен видеть своё подчинение, возникает слой людей, которые не столько относят себя к Контролю, сколько указывают на него, а человек, поскольку других проявлений Контроля не находится, соглашается видеть в них невидимое. Речь не о государстве, поскольку в государстве главный герой, оказавшись в положении, угрожающем его жизни, действует хорошо известным образом, обращаясь за помощью в полицию, в больницу или в банк, но главный герой ни к одному из этих способов не прибегает. Он обращается к людям, в которых видит представителей Контроля. В принципе он предлагает им пройти тест: выбросьте меня из списка, в который я попал, и я поверю в то, что вы представляете невидимое. Никто не может ему помочь. В принципе есть только один список на Земле, из которого нельзя вычеркнуть человека, хотя некоторые берутся, но список, в который главный герой угодил, есть, по его мнению, нечто политическое, а не экзистенциальное. Значит, и Контроль тоже находится здесь, в политической области, на него можно влиять, просить, комбинировать против него и так далее. Поведение главного героя, возможно, объясняется тотальным политическим видением мира. Но в любом случае возникает первая область конфликта, самого, пожалуй, простого – между «мы» и теми из них, кто взялся представлять или ссылаться в своих действиях на Контроль. Вторая область конфликта ещё главным героем вполне не осознаётся, хотя он и развивается в этом отношении: главный недостаток Контроля тот, что он порождает как раз слой людей, которые его представляют, на самом деле ничего не представляя, но которых, тем не менее, Контроль использует в своих целях. Единственное, что «мы» знают о Контроле как явлении физическом – это то, что он порождает слой мнимых контролёров и что эти контролёры не всегда хорошо его представляют. Контроль сам по себе, однако, сомнению не подвергается, что парадоксальным образом порождает вторую область конфликта как раз между Контролем и «мы», во всяком случае, одним из них – главным героем. Контроль не устраивает главного героя в той части, что он явлен и не очень удачно. Неудачная, по мнению главного героя, явленность Контроля заставляет его не хотеть очевидного физического присутствия Контроля, а напротив, требовать большей, полной его невидимости, незримости, неощутимости, но с тем, чтобы он усилился, как «мы» хотят этого и для блага. Недовольство главного героя свидетельствует, что он нашёл способ, каким можно Контроль усилить: перенести Контроль, который снаружи каждого из «мы», но уже в «мы» общем находится, внутрь каждого человека. Носителем Контроля станут не посредники, а правда. Главный герой говорит, что к самоконтролю не способен, но правда уже в нём.

 

[1] Дмитрий Быков. Списанные: роман. Москва: Прозаик. 2012-й год.

Comments are closed.