Дядя Коля

Uiliam Boid. NeugomonnaiaФилософия мужская, но проза женская, пусть стилизованная мужчиной. Женский мемуар и женский детектив в сумме дают женский роман воспитания. Кто, кого и что воспитывает: мать воспитывает дочь. Мать русская, во время войны работала на дочернем предприятии английской разведки, которое было создано для человека, бывшего, по мнению героинь, русским агентом. Русские не хотели вступления американцев в войну, потому что думали, что американцы могут вступить в неё на неправильной стороне. Или, как предполагается в книге, они были уверены, что сами разберутся с немцами. Немцы, видимо, не хотели вступления американцев в войну по этим же причинам. Американцы были солидарны с немцами и, как становится ясно из романа, с русскими. В конце концов, есть дела поважнее мировой войны, например, бейсбол. Мир желал Америке добра. И только англичане стремились втянуть заокеанских братьев в европейские дела, выдумывая угрозы, которых на самом деле не было. Предприятие, на котором работала героиня-мать, как будто тоже занималось введением в заблуждение общественного мнения, но, по сути разоблачая английские козни, стремилось к свету истины. Японцы, напав на американцев, подорвали мирные надежды русских, немцев, американцев, всего мирового сообщества, и, по-видимому, даже самих японцев, заставив американцев вступить в войну. Комбинации, которые проводило предприятие, на котором работала мать-героиня, расстроились, многие за это поплатились, но руководитель предприятия и мать-героиня уцелели, хотя и потеряли друг друга из виду. Возможно, сделали вид, что потеряли. Об этом мемуар. Детектив: дочь-героиня, покамест англичанка, читает воспоминания своей матери. Моя мать английская шпионка! Но не сильно об этом переживает. Дело обычное. Но выясняется, кроме прочего, что она русская по происхождению. Последнее вызывает значительно больше чувств. Руководитель матери работал на русскую разведку. Он русский шпион! Англичанин – русский шпион, русская – английская шпионка. Что-то их должно объединять. Русская, в общем, история, скреплённая русской мужской философией, стилизованная русской женской прозой и не лишённая внутреннего конфликта между русскими – женщинами и мужчинами. Немецкий след оказывается ложным. Но дочь-героиня видит лишь часть целого, которое так и не открывается для неё полностью, но становится ясным. Метафора – русское правило. У матери был брат, убитый французскими нацистами русский разведчик. В память о нём мать поступила на английскую, а на деле — русскую службу. «Какой он был, мой дядя Коля?» Не сомневайся: «Дядя Коля …Он был замечательным …тебе бы он понравился». [1] Таинственная история, опасная инсценировка и напряжение, которое дочь с досадой называет паранойей, – мать-героиня использовала все средства. В конце концов она достаёт бинокль, устраивается в ракитнике за изгородью и наблюдает за лесом, пытаясь, якобы, упредить свою Немезиду. Я жду, говорит она. Дочь соглашается: это «и есть наша жизнь, в этом и заключается смертность человека, это и есть признак человечности». [2] Да, иносказание.

[1] Уильям Бойд. Неугомонная: роман. Перевод С.П.Зубкова. Санкт-Петербург: Амфора, тид Амфора. 2009-й год. Страница 412-я.

[2] Здесь же, страница 413-я.

One Response to “Дядя Коля”

  1. Сергей:

    А вот тебе китайская женская проза в русском женском переводе http://magazeta.com/2015/04/qiao_ye/#more-44025