Спряталась где-нибудь

Русские – это американцы. По праву, во-первых, первооткрывателей. Америку в силу её размеров открывали частями и одну, но немалую часть Robert McClung. Lost Wild Americaоткрыли русские. Хотя их роль в этом деле можно и преуменьшать, и оспаривать. По праву, во-вторых, владетелей Америки, пусть бывших. Бывшие американцы, что ж, но важно в первую очередь, что американцы, а какие — второстепенно. И в-третьих, по праву истребителей животного мира Америки, ведь русские сделали то, что позволили себе только собственно американцы – они извели несколько видов живых американских существ под корень, а многие другие поставили на грань исчезновения. Да, из естественной истории Америки русских не выбросишь, но не это делает их американцами, а вера в бесконечность, претворённую в неисчерпаемость природных ресурсов. Русские очевидно верили, что им навстречу, куда бы они ни шли, всегда распахнутся Сибирь, Аляска или Калифорния, полные сокровищ. Американцы в свою очередь считали, что миллиард – это нечто бесконечное. Несколько миллиардов странствующих голубей – их же невозможно ни перестрелять, ни тем более съесть. Трудно сказать, что чувствовали русские, изведя что-нибудь бесконечное, например, от века существовавшее. Может быть, удивлялись, что бесконечное оказалось конечным… Эвона что! Вот оно как! Но данных, на какой глубине русские перестают быть американцами, у нас нет. Американцы в этом случае начинают желать, чтобы бесконечное вернулось, но не сожалеть. Отказываются верить, что бесконечного больше нет: «…многие люди никак не могли поверить, что странствующие голуби действительно погибли. Некоторые утверждали, что они все улетели в Австралию, другие предполагали, что они переселились в Канаду или в Южную Америку. Последний дикий странствующий голубь, насколько известно, был подстрелен в 1899 году или в самом начале 1900 года, а последний странствующий голубь в мире …умер в …зоопарке 1 сентября 1914 года. Но даже и тогда некоторые оптимисты не могли поверить, что странствующего голубя больше нет». [1] И не удивительно, ведь исчезновение странствующего голубя было самым решительным среди всех исчезновений, самым безжалостным к тем, кто верил в бесконечность природы. Эскимосский кроншнеп американцев напоследок подразнил. В 1890 году он был уже редкостью. «…в 1932 году на Лабрадоре была убита одна-единственная одиноко летевшая птица. …А потом в течение семи лет ничего». [2] Бесконечность вернись! «В 1960 и в 1961 годах …была зарегистрирована одна птица. Зато на следующий год их появилось две». [3] Потом опять одна. В осень 1963 года «кулик, подстреленный во время осеннего перелёта …был затем опознан как эскимосский кроншнеп». [4] И всё. А вот американский журавль поиграл, да остался. Вернулся калифорнийский кондор. Вроде бы решили остаться черноногие хорьки. Белоклювый дятел ещё играет (играл) — кто-то видел одну птицу в 1966 году. Карликовая лисица как будто будет жить. Русская американская мысль: а вдруг морская корова тоже жива? Плещется сейчас в укромной бухте.

[1] Роберт Мак-Кланг. Исчезающие животные Америки. Москва. Мысль. Перевод И.Г. Гуровой. 1974-й год. Страница 35-я.

[2] Здесь же, страница 81-я.

[3] Здесь же.

[4] Здесь же.

Comments are closed.