Они опять сделали это

На этот раз в Пакистане. Вас не охватывает отчаяние в такие минуты, когда вы узнаёте об этом? Ведь смысл этого, не смотря на то, что здесь, на блоге, делались разные и даже остроумные предположения, остаётся неясным. Всё это очень похоже на беспредельный уголовный и политический террор: немотивированное как-будто насилие, от которого ничто тебя не защищает — ни твоя лояльность, ни твой пол, ни возраст, ни место жительства, — ничто. Ты можешь быть в Цхинвале бабушкой, а в Герате мальчишкой, ты можешь быть моджахедом в Ираке или сломленным, абсолютно покорным профессором права где угодно, хотя бы в какой-нибудь цитадели демократии и социального прогресса, всё едино — тебя найдут и прикончат солдаты самой гуманистической военной коалиции за всю историю человечества. У тебя просто нет алиби, нет оправдания. Тебе не за что зацепиться и нечем укрыться. Ещё недавно военные эксперты-человеколюбцы уверяли, что террор против мирного населения изобрели мусульманские боевики, хотя они-то могли вспомнить спящий Дрезден, переполненный гражданскими беженцами, который вчистую уничтожила британская авиация. И есть примеры ещё более классические. Но не важно, кто изобрёл террор против мирного населения, ясно, что его изобрели не вчера и не позавчера, а важно, кто его применяет сейчас. «Мягкая сила», то есть более или менее убедительный трёп, которой человеколюбцы так гордились последние годы, уже не работает, вызывая лишь смех и презрение, экономические санкции и прочие эмбарго перестали быть эффективными, осталась лишь сила вооружённая, а в ней — беспорядочное и бессмысленное насилие: просто разбомбить деревню, просто уничтожить свадебную церемонию, просто расстрелять детишек, оказавшихся возле гуманистического блок-поста. Мы просто должны бояться. И мы боимся, потому что знаем, как они будут обращаться с нашими детьми, если что. Они создают обстановку иррационального страха. А Владимир Владимирович Путин сказал, что «не страшно совсем»: и хорошо бы, если так. Успокаивает. Но поглядим: если наша армия окажется в итоге в Афганистане, как хотелось бы гуманистам, вместе с ними, значит «страшно» — это будет наша плата за толику свободомыслия и диссидентства, за независимость Абхазии и Осетии, а если нет… то нет. И можно будет тихонько, сторожко жить.  

Они опять сделали это: 1 комментарий

Обсуждение закрыто.