Мужская утопия

Екатеринбург – город банд. И может быть, он сам банда. В хорошем смысле этого слова. В лучшем из возможных смыслов. Всё, способное к объединению, объединяется в нём в команды, бригады, школы, направления, общества и сообщества — во что угодно. Всё неспособное – Aleksei Ivanov. Yoburgудаляется из него. Как шлак. Титаны-одиночки по Екатеринбургу не ходят, а если ходят, то недолго. Передвигаются перебежками. Екатеринбург быстро и как будто с удовольствием кончает с ними. Одиночки, правда, могут делать вид, что они не одиночки. Одни держатся «…наособицу: они из столичной богемы, а не с местной тусовки». [1] Уважаем. Другие изображают «…распальцованных парней, будто за ними реально стоят бойцы с дробовиками». [2] Какое-то время так можно продержаться. Но затем всё равно понадобится банда. Одиночкам Екатеринбург предлагает отправиться в Тюмень, в Лондон или в «Англетер» во всех возможных его видах. У тех из них, что, по словам Алексея Иванова, всё-таки задержались в городе, подозрительно куцые биографии: кто-то сам пририсовывает банду к своему портрету, на каком-то портрете её приходится ретушировать. Титаны города Екатеринбурга – исключительно мужчины. Женщин-титанов, о которых Алексей Иванов вспоминает, Екатеринбург сплавил. Екатеринбург — город мужских союзов. Здесь, если даже команда женская, например, спортивная, то всё равно главную роль в ней играет тренер. А тренер – мужчина. Отсюда характер столкновений – тяжёлый, прямолинейный, часто дуроломный. Так выборы превратились, по меньшей мере, в пацанские стычки – начнут с дразнилок, пустят в ход кулаки, и глядишь, ходят с кровавыми соплями. А то «избирательные штабы» распояшутся настолько, что напоминают «наёмные банды викингов». [3] Дух Я.М.Свердлова, которого товарищи уважали «за жёсткую бандитскую хватку и за талант организатора» [4], веет в городе. Внутренне устройство банд под стать духу — адская организация и садистский контроль: одни «…были технарями, поэтому их утопия была технократической  и жёсткой». Они «создавали» — создали — однородный социум», для которого будут характерны «неожиданные проблемы» — в нём «не окажется бабушек» [5]. Какие могут быть бабушки в городе мужских союзов?! Дедушкам нет места! Другие в силу своей профессии строили утопию военную: члены мужского союза «…числились сотрудниками. Личный состав делился …на звенья-боёвки, бойцов обучали профессионалы армии и мвд. …дисциплина была железная, оплата — супер». [6] Третьи – бизнес утопию, ибо «цель бизнеса – не удовлетворять мечты работников о комфортном безделье, а достигать результата» [7]: отсюда следуют «…фашистские порядочки …для каждого работника на полу начерчены линии, и ходить можно лишь по ним. …все стучат, а служба безопасности у всех вычитывает странички в соцсетях». [8] Впрочем, последнее  как бы миф, — говорит Алексей Иванов. Как бы мужская утопия.

[1] Алексей Иванов. Ёбург. Аст: Редакция Елены Шубиной. Москва. 2014-й год. Страница 443-я.

[2] Там же, страница 458-я.

[3] Там же, страница 352-я.

[4] Там же, страница 9-я.

[5] Там же, страница 34-я.

[6] Там же, страница 177-я.

[7] Там же, страница 466-я.

[8] Там же, страница 467-я.