А жизнь-то налаживается!

Потерял нить размышлений… Хотел писать о сознании, изменённом алкоголем, но передумал… Купил только что две книги и обе в книжном магазине. Первая книга: некий Жиль Куртманш написал роман «Воскресный день у бассейна в Кигали», в котором хуту режут тутси или наоборот — тутси режут хуту, — а главный канадский — роман-то канадский и написан на канадском языке, понимаете ли, — герой переживает, не понятно о чём. О чём можно переживать, когда на твоих глазах зарезаны миллионы человек? Гуманистическое наше нато при этом находится непривычно далеко, потому что в том месте, где режутся хутутутси нету нефти. Нет нефти — нет и геноцида! Ха-ха-ха, — засмеялся я. Книга вышла в Москве в 2006-м году, а издательство я называть не буду, потому что оно пишется английскими словами и английскими буквами: странные типы — работают на русский рынок, а пишутся по-английски. Не сможете ли назвать мне, англофобу, английское издательство, которое пишется кириллицей и татаро-монгольскими словами? Англофилы, над вами смеются даже агличане! 50 рублей! На фоне падающего русского, типа, фондового рынка эти цифры, конечно, никого не впечатляют. Вторая книга: стихотворный сборник Чарльза Буковски «Вспышка молнии за горой», который издал Аст в Москве в 2008-м году. 221 рубль, между прочим, а  ждать, когда цена на книгу упадёт до 50-ти рублей я не мог. Физически не мог. Один сборник Буковски у меня уже есть — итого два всего: старый буду читать по утрам, а новый — по вечерам. Купил и решил сразу пойти в парк и почитать, однако прохлада вечерняя позднеавгустовская отпугнула меня. Тогда я пошёл в кафе, чтобы почитать за кофе, но что-то там оказалось с угольями. Тогда я вспомнил о своём родственнике, которому требовалось срочное лечение в виду надвигающегося птичьего гриппа. Купил перцовую «Путинку» за 113 рублей и отправился к нему с дружественным медицинским визитом: примерно, на 250-м своём грамме он выздоровел. Буковски он слушать отказался. Тоталитарист, видите ли, скучает по старым советским настойкам и леспромхозу. «Однажды, — вспоминает он, — Саша Бычков (лесовозник) не вышел на работу. А Илья Григорьич покойный, бригадир, и спрашивает: — Ты чего это на работу не вышел? — А Саша и говорит: — Меня бык забодал! — Какой такой бык? — Да вот какой! — и показывает бутылку «Зубровки». А там, видишь ли, зубр был нарисован на этикетке». Да что вам рассказывать — истории-то родной страны вы не знаете! Тьфу, блин!

Comments are closed.