Ткань империи

В восемнадцатом веке «…англичане захватили власть в Азии, земли в Америке и рабов в Африке. Туземцев облагали налогами, грабили и истребляли. При этом англичане, как это ни парадоксально, чаще всего терпимо относились к культуре этих народов. В некоторых случаях она даже становилась объектом изучения и восхищения», — пишет Ниал Фергюсон в книге «Империя: чем современный мир обязан Британии». Москва. Астрель. Corpus. 2013-й год. Перевод К. Бандуровского. Страница 175-я. Сказанное позволяет автору назвать Британскую империю того времени «в лучшем случае безнравственной». Страница 175-я. В девятнадцатом же веке англичане «мечтали не только править миром, но и дать Niall Ferguson. Empireему искупление. Им было мало эксплуатации других рас. Они стремились исправить их. Эксплуатацию туземцев, может, и следовало прекратить, но их культуру – суеверную, отсталую, языческую – следовало перекроить на европейский лад». Страница 175-я. Предлагаемая схема требует определить уровень безнравственности нового этапа развития империи, но Ниал Фергюсон этот вопрос упускает. Что стало причиной переворота – трудно сказать: то ли примитивные народы оказались не так уж примитивны, то ли английская культура оказалась не так уж высока. В любом случае произошло осознание близости. «…главную статью африканского экспорта составляли рабы. Специфический путь глобального экономического развития привёл африканцев к бизнес-модели, заключавшейся в поимке и продаже друг друга европейским и арабским работорговцам». Страница 176-я. Сарказм автора умерит пыл любого критика. Но указанная бизнес-модель именно то, чем в течение столетий занимались англичане, отлавливая друг друга в трущобах городов и сплавляя одну часть себя к чёрту на кулички. Империя «…экспортировала товары, капитал и поселенцев. Теперь же она желала экспортировать культуру». Страница 182-я. «…что-то резко переменилось: как будто в британской душе щёлкнул тумблер». Страница 177-я. Истощились месторождения переселенцев. Или рабы перестали приносить прежний доход, или стали источником угрозы, или обнаружилось, что раб хлопковой плантации уступает по доходности рабу английского текстиля. Худо-бедно, но рабство и работорговля в империи были запрещены. Удалось насолить конкурентам, которые к отмене рабства не были готовы — британский флот сделался грозой невольничьих транспортов. На историческую арену выступила новая имперская сила: «распространение благой вести о цивилизации было не государственным проектом, а инициативой того, что мы сейчас называем «третьим сектором». Благие намерения викторианских благотворительных организаций принесли нежданные, порой очень горькие плоды». Страница 176-я. Горькие плоды благотворительности, как и в случае каперства, правительства не касаются. «Суть проекта была проста: превращая африканцев в христиан, миссия [читай «третий сектор» вообще] одновременно воспитывала их, меняя не только веру, но и манеру одеваться и вести хозяйство. …люди теперь одеты в британскую мануфактуру и, появляясь в Божьем доме, имеют очень представительный вид. Дети, которые прежде бегали голыми и имели самый отвратительный вид, теперь прилично одеты». Страницы 185-я и 186-я. Ниал Фергюсон утверждает, что «здесь происходило не только обращение в христианство. Это была настоящая англизация». Страница 186-я. Много приходится совершать движений, чтобы продать простую хлопковую ткань.

Comments are closed.