Писатель и читатель не поняли друг друга

1994-й год. Беспросветная победа Запада над Востоком. Эдвард Вади Саид перед лицом ночи оправдывает книгу, написанную четверть века назад: «Мне хотелось бы начать с того аспекта рецепции моей работы, о котором я сожалею больше всего и который сейчас (в 1994-м году) труднее всего преодолеть. Комментаторы – и враждебно настроенные, и дружественные, — ошибочно, и, пожалуй, слишком уж громогласно объявили книгу антизападной». Эдвард Вади Саид. Ориентализм: Западные концепции Востока. Санкт-Петербург. Русский мiръ. 2006-й год. Перевод А.В. Говорунова. Страница 511-я. Однако теперь, не боясь автору навредить, можно с ним не согласиться: книга антизападная. На то есть две причины, о которых автор, конечно же, осведомлён и которые он считает читательским заблуждением: во-первых, автору «приписывается Edvard V.Said. Orientalizmутверждение, будто феномен ориентализма – это синекдоха, или символ в миниатюре, всего Запада, и на самом деле его следует воспринимать как репрезентацию Запада в целом». Страница 511-я. Из книги, между тем, именно это и следует: ориентализм – инструмент власти Запада над Востоком. Во-вторых, читатель, по мнению автора, напрасно приписывает автору мысль о том, что «Запад и ориентализм попирают достоинство арабов и Востока». Страница 511-я. Читателю и здесь придётся стоять на своём: да, именно такое впечатление оставляет книга – попирают. «А коли так, само существование ориентализма и ориенталистов используется как предлог для защиты прямо противоположной позиции, а именно что ислам совершенен… и т.д. и т.п.» Страница 511-я. Но речь идёт о том, как воспринимается книга читателем, а не о том, как она где-то и кем-то используется. Эдвард Вади Саид сам оборачивает антиисламские положения ориентализма против самого ориентализма. «Я настойчиво стремился к тому, чтобы не только не «защищать» Восток и ислам, но даже вообще не обсуждать эту тему», — говорит он. Страница 512-я. Но по-другому быть не может, поскольку «защищать Восток» — это значит защищать основной концепт ориентализма. А характер книги – антизападный, автор с этим не согласен, но мыслит он в соответствии с этим характером. «На самом деле моя позиция гораздо радикальнее. …я заявляю, что слова «Восток» и «Запад» не соответствуют никакой устойчивой реальности в смысле естественной данности». Страница 512-я. То есть на географическом Востоке нельзя увидеть концепт «Восток» воочию – это так. Но это не значит, что «Восток» или «Запад» — нечто несущественное. «Данные образы – это всего лишь образы», — пишет Эдвард Вади Саид. Страница 515-я. Но это такие образы, при помощи которых Запад осуществляет власть над Востоком. Оставить Запад без них – значит, оставить без одного, но важного инструмента господства. Эдвард Вади Саид объясняет своё невольное злоумышление: во-первых, указанные образы не столько перестали объяснять, сколько перестали быть убедительными; во-вторых, в силу того, что ориенталисты продолжали держаться за эти отжившие образы, интересы ориенталистов вошли в противоречие с интересами Запада. Фронда антизападная, — считает читатель, — но происходит из Запада, находится внутри него и направлена на его укрепление, — считает автор.

Comments are closed.