К вопросу об объективной реальности

Восток во второй половине книги Веры Тольц «Собственный Восток России»: политика идентичности и востоковедение в позднеимперский и раннесоветский период» упоминается всё реже и реже, пока по сути дела не исчезает совсем. И не случайно. Никакого собственного внутреннего Востока, как некой совокупности народов заведомо отсталых, призванных к подчинению передовым народам Запада, призванных в свою очередь к господству, в России в последней трети девятнадцатого и в первой трети двадцатого веков, когда развивалась востоковедческая школа Виктора Розена, не было. Разумеется, не было Востока и в приложении к самим русским, поскольку они и мысли не держали, чтобы примерить Vera Tolts. Sobstvennyj Vostok Rossiiна себя одеяние восточного в концептуальном смысле народа. Понятие Восток в России имеет значение географическое, но нисколько не значение властвования и подчинения. Вера Тольц кратко говорит о том, как отличалось отношение «немецких учёных к сообществам, которые воспринимались ими как «восточные», — у Германии как раз собственный Восток был, — в контексте книги это украинцы, белорусы и литовцы, и отношением русских востоковедов «к народам Востока России». Указанное сочинение. Страница 236-я. Москва. Новое литературное обозрение. Имя переводчика в выходных данных не указано. 2013-й год. К примеру, во время Первой мировой войны «культура и уровень развития различных национальностей на оккупированных немцами территориях систематически изображались как во всём уступающие немецким – как в настоящем, так и в прошлом». Страница 236-я. Русские востоковеды «подобных заявлений о полной отсталости народов» не делали. Более того, несмотря на подъём националистических настроений после революции 1905-1907-го годов, среди русских звучали слова о «чрезмерном инородческом засилье», которого должен был «остерегаться русский народ», о том, что «национальное сознание» нерусских народностей [несёт] политическую угрозу Российскому государству», но никак не о заведомо подчинённом положении народов Востока. Поэтому выпады русских востоковедов против концепта «Восток» имели в виду не русских мыслителей, здесь у востоковедов просто не было противников, а европейских интеллектуалов. Вера Тольц, однако, мне кажется, скептически настроена в отношения основного с точки зрения книги убеждения русских востоковедов: «имперские учёные идеализировали, а иногда откровенно преуменьшали влияние условий политического доминирования и подчинения на отношения между колонизаторами и колонизированными народами». Страница 304-я. Хотя это предложение несёт в себе много смыслов, но, в общем, это сожаление об отказе востоковедов школы Розена от концепта Восток. Требование Востока другими словами. Вера Тольц смущена и тем, что современные русские политические спорщики по-видимому извратили самый смысл нашего концепта: доминируют «дискурсы российской «восточно-ориентированной» идентичности», Европа рассматривается как угроза для России, звучат «спорадические заявления о превосходстве православия над другими религиями» и так далее. Страница 305-я. Концепт Восток, то есть, поменял заряд с отрицательного на положительный и покатился на Запад. Пусть его катится. Мы-то теперь знаем, и Вера Тольц говорила об этом ещё в самом начале книги, — что в объективной реальности его нет. Когда катится сюда – есть, когда катится отсюда – нет. Что же такое объективная реальность?

Comments are closed.