Генерал-2

Генерал Симон Боливар. Полковник Николас Маркес. Полковник Аурелиано Буэндиа. А также тот полковник, которому никто не пишет. Габриэль Гарсия Маркес предстаёт военным писателем, а война — составной частью метода магического реализма. Генерал Аугусто Пиночет, главный, по-видимому, герой книги «Опасные приключения Мигеля Литтина в Чили», дополняет  указанную компанию. Москва. Аст: Астрель. Перевод М. Десятовой. 2012. Роман-репортаж. Габриэль Гарсия Маркес записал и обработал – в несколько раз сократил — рассказ кинорежиссёра Мигеля Литтина, который, числясь в списке пяти тысяч эмигрантов, которым навсегда запрещено возвращаться домой, в течение нескольких Gabriel Garcia Marques. Opasnyje prikliuchenija...месяцев нелегально снимал в Чили фильм. Приделывал генералу, по его словам, «ослиный хвост длиной в семь тысяч метров». Читателю предлагается посмотреть на генерала через вражескую оптику, которая не заставляет себя ждать, едва рассказчик приближается к Чили: «зловеще, накренившись на левое крыло, затем с мрачным скрежетом выправившись, самолёт слишком рано коснулся колёсами полосы и выдал три кенгуриных прыжка». Страница 8-я. Дверь самолёта распахнулась в «гробовой тишине». Страница 23-я. Рассказчик вдохнул «ледяной воздух Анд». Страница 23-я. Понятно, что воздух был «бодрящим», самолёт накренился «изящно», а тишина была «пьянящей», но у нас оптика. Поэтому, если таможенники работали быстро, то потому, что торопились разделаться с бумагами к началу комендантского часа. Их начальница была «классической цербершей». Страница 27-я. Человек, который поспешил найти спутницу рассказчика и передать ей забытый ею на таможенной стойке плащ, выглядит «типом в штатском». Страница 28-я. Но оптика вдруг отказывает: «…перед нами предстал цветущий город с пышными памятниками и сияющими чистотой улицами. Ущемления свободы не более, чем в Париже или Нью-Йорке …дворец Ла-Монеда …походил на сказочный особняк, окружённый французским парком». Страница 30-я. «…и нигде не было видно ни одного блюстителя порядка». Страница 27-я. Что, кстати, не так уж хорошо, потому что полицейские могли бы «подсказать дорогу, заблудившемуся путешественнику». Страница 27-я. Люди на улицах кажутся рассказчику бесстрастными и неулыбчивыми, но, скорее всего, это просто люди воспитанные. «Такси – не какие-нибудь развалюхи, а последние японские модели». Страница 27-я. У рассказчика есть претензии к таксистам, но в целом страна предстаёт разительно не похожей на ту, которую он оставил двенадцать лет назад: «ни предполагаемой милитаризации, ни признаков упадка нигде не наблюдалось». Страница 27-я. Но мы, однако, знаем, на чём покоится всё это процветание – на костях! – на страданиях «сорока тысяч погибших, двух тысячах пропавших без вести и миллиона высланных из страны». Страница 31-я. Впрочем, это знание мало помогало рассказчику в первые минуты на родине: «…ожидаемая радость со слезами на глазах сменялась растерянностью». Страница 29-я. «И ради этого я прилетел?» — спрашивает он себя. Книга указывает на связь между упадком-процветанием страны и присутствием-отсутствием в ней Мигеля Литтина: разбитые дороги, грязные аэропорты, грубые таможенники – Мигель Литтин дома; новые такси, пышные памятники, добродушные полицейские – Мигеля Литтина дома нет. Человек, который почувствовал эту связь, должен был немедленно исчезнуть. Рассказчик остался.

Comments are closed.