Странное происшествие в Северной Африке

Имевшее место во время путешествия, совершённого Баширом айт-Лазраком, — персонажем и, может быть, главным, романа «Опиум и дубинка» Мулуда Маммери, — и его случайной спутницей по городам Марокко в конце пятидесятых годов прошлого века. Путешествие не было вызвано серьёзными причинами, и вообще ничем не было вызвано. Но для невидимых сил было, наверное, важно, чтобы Башир чувствовал, что причины у его поездки есть. С этой целью в путешествие Башира вплетается рассказ о европейце, который не может преодолеть в себе страсть к охоте на редких животных, а так же — как счастливо у него всё сходится! — отвращение к своей жене, и отправляется в горы, соседствующие с воюющим Алжиром. Охотник, готовый рискнуть головой ради голов муфлона и газели, может придать смысл любой затее. Любой поездке. Любой жизни. Башир подвёз его от города Мрирт до города Кенифра. Или наоборот… Благодарный охотник подарил ему необычайной остроты нож. Однажды ночью в шатре марокканских кочевников Башир уложил свою спутницу на подушки. Она покорно ему подчинилась, даже перестала петь и отбивать ритм, хлопая рукой по колену… Впрочем, требуется обширная цитата: она «…увидела, как его бескровные пальцы сжали слоновую кость, как лезвие чётко нацелилось сверху вниз, как взгляд Башира ушёл куда-то далеко. Он нежно прижался губами к глазам Итто, и под левой грудью, как раз там, где едва билось её сердце, она услышала прикосновение… Сначала лёгкое, потом всё сильнее, больнее, наконец просто невыносимое. Сама не зная как, она в одно мгновение вырвалась. Встала, руки её упали как плети, глаза сделались огромными. Башир остался лежать. Вид у него был усталый. Нож тускло поблёскивал далеко от него, в углу шатра. — Ты с ума сошёл? Он поднял на неё тяжёлые веки? — Но ведь это было бы хорошо, — сказал он. Она растеряно огляделась вокруг. Её бледное лицо залилось краской. …Она села, положила голову Баширу на плечо, и заплакала. Башир слышал, как она говорила сквозь слёзы: — Прости меня! Я сама этого хотела, но не думала, что это должно случиться сегодня… когда… в тот самый день… накануне моего обручения… — Это неважно, — сказал он. — Я просто думал, что так будет лучше». Страницы 239-я и 240-я в издании 1988-го года. Мулуд Маммери. Опиум и дубинка: роман. В: Избранное. Радуга. Москва. Перевод с французского Н. Световидовой. Антропологические, этнографические и сексопатологические объяснения загодя отвергаем, потому что они разрушают конструкцию о придании смысла немотивированному путешествию персонажей через включение в него ещё более бессмысленных историй и происшествий. Отвечая на законный вопрос родственницы, на целый месяц потерявшей её из виду, спутница Башира отвечает: «Мы были в Рабате …на процессе Адди-у-Бихи». Страница 254-я. Ах, ну да… Адди-у-Бихи, как мы могли о нём забыть. Путешествие получило оправдание, против которого бессильны свадьбы, обручения, родственные связи и тому подобное. То есть, смысл, вызванный тем, что Башир нарочно поранил ножом свою подругу, передался путешествию, а затем наполнил собою весь роман: персонажи его приобрели плоть, а истории — энергию.

Comments are closed.