Archive for Май, 2018

Ненадёжные знаки

Вторник, Май 29th, 2018

Enki Bilal. ZverИсточник ненадёжен, — ведь это мир двойников, биороботов и людей, находящихся под внешним контролем, — но информацию можно принять к сведению: существует орден обскурантистов, составившийся из отступников всех мировых религий, который проводит «программу исторического ревизионизма». [1] Цель программы состоит, видимо, в создании очищенного от своей собственной истории человечества. И эта цель может быть довольно привлекательна, если вспомнить, сколько бед приносит история. Этой цели можно достигнуть, если инструментализировать «историков, писателей, сценаристов из разных стран», [2] а также людей, обладающих особой, исключительной памятью, что означает, видимо, превращение всех этих своевольных мыслителей в роботов, работающих по указке. Избавление от истории в каком-то смысле есть избавление от боевого топора, но только от одного из них, ведь есть ещё «мысль, наука, культура и память». [3] Требуется «великое аутодафе», которое надо понимать как «уничтожение памятников культуры и научных объектов», «очищение языка» и сведение словарного запаса к «499 разрешённым словам», [4] а так же истребление самих мыслителей, поскольку не все из них пригодны для инструментализации. Указанные цели — фундаментальные. Но обскурантисты не представляют собой единства: одни из них сосредотачивают своё внимание на историках, другие — на скульптурных изображения, будь это изображения Гаутамы Будды или В.И.Ленина, третьи — на астрофизиках, ведь последние обладают информацией способной в любой момент загрязнить чистую доску, на которой должно покоиться новое, очищенное от мысли человечество. Атаковать следует не скульптуры, а телескопы и космические станции. Однако надёжные сведения об ордене отсутствуют: кто его возглавляет, кто его составляет, где находятся лагеря «искоренителей» — не известно. Те его руководители, которые известны — двойники. Действия этих двойников приводят к гибели тех, кого представляют, как обскурантистов. Программы, которые приписываются ордену, —  всегдашняя практика человечества, которое создаёт и обязательно разрушает то, что создаёт. Орден обскурантистов нечто зыбкое, составленное из того, что является материей человеческой культуры. Не зыбко другое. Одновременно с программами, которые приписываются ордену, и в которые люди не верят, считая их бредом, [5] проводятся совсем другие программы, позволяющие поставить настоящих, подлинных людей и мыслителей под полный контроль — «оригинал под контролем» [6] – да так, что можно будет держать его на постоянной, принудительной связи, вмешиваться в его внутреннюю речь и «считывать информацию с его нейронов», [7] а кроме того, оказывать на него физическое и экзистенциальное давление при помощи двойников. Человека можно оцифровать. [8] Двойники не панацея, как иногда кажется, от несчастий, а какая-то большая, не понятая ещё опасность. Программа оцифровки человека тоже приписывается ордену обскурантистов, но уж в это совсем нельзя поверить. Обскурантисты в своём мифе — разрушители, искоренители и очистители, но никак не созидатели и тем более не удвоители сущностей. Знаки тех, кто удваивает сущности, повсюду. Нельзя в них поверить.

[1] Энки Билал. Спящий зверь: графический роман. Перевод М.М. Пузакова. Москва: аст: Астрель: Матадор. 2005. Страница 21-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 20-я.

[4] Здесь же, страница 26-я.

[5] Здесь же, страница 21-я.

[6] Здесь же, страница 59-я.

[7] Здесь же, страница 53-я.

[8] Здесь же, страница 20-я.

Оригинальная тема

Воскресенье, Май 27th, 2018

Enki Bilal. ZverОригинал не может никому доверять из-за обилия бионических двойников, созданных с использованием оригинальных биоматериалов, людей, находящихся под контролем мух, отложивших в них яйца-шпионы, и конечно, он не может доверять людям, включая самого себя. Оригинал — это человек, рождённый от живой матери и живого отца, он оригинал по отношению к своим двойникам, а также, и это второе значение его, это человек, обладающий особым складом мышления или памяти, что делает его оригиналом по отношению к людям. Особенности оригинала — приманка для любой из сторон любого конфликта. Однако оригинальность, поскольку мир покушается на неё, требует постоянного подтверждения. Любая рана, которая у него есть, физическая, а может быть, и душевная, является ходом, через который идёт установка инструментов, превращающих человека в целом в инструмент. Разбитый нос — хороший случай для того, чтобы установить в нём пластину «неизвестного сплава, очень чувствительную к волнам определённой длины», и что-то ещё «имплантировать прямо в переднюю часть лобной доли». [1] Удалить пластину не удастся. Так во всяком случае ему говорят врачи, к которым он обращается. Пластина или смерть. Смысл установленной пластины им так же не известен. Но известен тем, кто её устанавливал: в его «носовую перегородку» внедрено «множество микродатчиков самонаведения пучковых орудий». [2] Оригинал послужит наводчиком. Но, видимо, это только часть задачи, которую он должен выполнить, или даже задача отвлекающая, поскольку датчиками несложно набить нос любого биоробота: «мой нос», — говорит один из них, — «так же как и нос дорогого избранного» оригинала «набит мткродатчиками самонаведения». [3] Главный смысл пластины состоит в том, чтобы оригинал был на постоянной связи, даже во сне, поскольку важно не то, что он будет наводчиком, хотя и это важно, а то, что он совершает путешествие — размышление, воспоминание, погружение — в прошлое, в котором он может быть достигнет дня Д-1 — дня своего рождения. И в контроле, поскольку оригинал необходимо «перемещать как пешку в соответствии с выбранной стратегией». [4] В голове человека звучит «призрачный голос», который он на своё счастье распознаёт как голос другого живого человека, а не свой внутренний. Другой человек «болтает» «в голове, прямо как громкоговоритель, несмотря на сопротивление». От этого голоса не уйти — это «насильственная связь». [5] На связи с оригиналом должен быть живой человек, поскольку оригинал распознаёт «цифровые интонации» и «цифровые голоса». [6] Но с живым ретранслятором может уже общаться биоробот, а дальше, за ним, может стоять кто угодно. Те имена не доступны ни оригиналу, ни ретранслятору, ни двойнику. Но вся эта цепочка прекрасно работает. К тому времени, когда оригинал избавляется от голоса в голове, он достигает Д-2. И вместе с ним все, кому это было необходимо, пробираются в эпицентр его боли и памяти.

[1] Энки Билал. Спящий зверь: графический роман. Перевод М.М. Пузакова. Москва: аст: Астрель: Матадор. 2005. Страница 34-я.

[2] Здесь же, страница 38-я.

[3] Здесь же, страница 41-я.

[4] Здесь же, страница 39-я.

[5] Здесь же, страница 57-я.

[6] Здесь же, страница 13-я.

Женись на спецслужбе

Суббота, Май 26th, 2018

Adam, Suzanna i drugie geroiСюзанна выучит итальянский язык, уедет в Италию и выйдет замуж за своего друга Марио. Она будет собирать травы в горах, а Марио — строить школы. Нелли, которую ещё не смогли расколдовать, научилась правильно питаться, отказалась от жвачек, шоколадок и абрикосового джема, похудела и стала принцессой, да такой, что другие девочки с удивлением могли спросить её: «Ты, что считаешь меня принцессой?» Считала. Или как говорит Нелли: «Было дело». [1] А вот, что станет с семейной жизнью Адама, не очень понятно, хотя известно, что он стал взрослым и у него есть сын. Но это точно не сын Лидии, которая была очень мила, и мама её пекла замечательные пироги. Но крикнуть из окна «Я люблю Лидию», или ещё какую-нибудь несусветную чушь», [2] во время игры в фанты, было свыше его сил. И наверное, это не Анна, которая была «самой незаметной, самой тихой девочкой в классе», [3] зато у неё были кролики. Адам подарил Анне несколько возков сена, а в подарок получил крольчонка. И это не Соня, которая была «существом возвышенным, птицей высокого полёта», прилетевшей из большого города. [4] Адам был для неё деревенщиной, клушей, каких она ещё не видывала. Есть ещё девочки, в которых влюблялся Адам, прекрасные, и кто-то из них мог бы стать женой его в будущем, но кто — трудно узнать, потому что девочек много. Брат Адама знает, какая нужна жена: «жена у меня будет такая: по утрам подаёт мне завтрак в постель, масло, хлеб, яичницу с салом. А в обед кладёт передо мной на стол меню — в два столбца разные блюда». «А вечером стягивает с меня сапоги». «А когда читаю газету или слушаю радио, кормит меня с ложечки шоколадом, вытирает мне рот и укладывает спать». [5] Брат Адама женится на маме. И сестра знает, какой у неё будет муж: «мой муж будет изобретатель. Придумает сам машины для всех домашних работ. Проснусь я утром, нажму кнопку — машина для одевания уже натягивает мне чулки, набрасывает юбку через голову, застёгивает туфли», «чистит зубы», «вытирает нос». [6] Сестра Адама выйдет замуж за супермаркет. Адам говорит, что у него «будут две жены. Одна будет читать все мои мысли. Я даже говорить не буду, чего я хочу, сама догадается. А вторая будет всё чувствовать — когда мне грустно. Будет меня утешать, когда разозлюсь — успокаивать». [7] Адам женится на спецслужбах — только они могут такое проделывать. Одна будет читать его мысли и подменять своими, другая будет читать его чувства и подменять своими приказами. Удачи тебе, Адам!

[1] Эвелине Хаслер. Помни про секрет, Нелли! Перевод Павла Френкеля. — Адам, Сюзанна и другие герои: повести современных швейцарских писателей. Художник Е. Чёрная. Москва: Детская литература. 1992. Страница 112-я.

[2] Ханц Манц. Разные случаи из жизни Адама-простака. Перевод А. Исаевой. — Здесь же, страница 121-я.

[3] Здесь же, страница 125-я.

[4] Здесь же, страница 129-я.

[5] Здесь же, страница 124-я.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же.

Дети против сказок

Пятница, Май 25th, 2018

Adam, Suzanna i drugie geroiВ стране, освободившейся от сказок, — которые следует, конечно, понимать не как литературные произведения, а как сказочные ситуации, волшебство, — из которой даже гномы сбежали к соседям в Италию, нет-нет, а какое-нибудь волшебство осторожно напоминает о своём возможном осуществлении, но, правда, почти немедленно испаряется. Школьники играют в «снегурочку». Одна из девочек ложилась в гроб, например, на скамейку, а все остальные «изображали гномов», стояли вокруг неё, «промокали глаза платками» и напевали песенку. Как только песенка заканчивалась, один из мальчиков должен был подойти к девочке и расколдовать её, взяв за руку. Но одну девочку никто не отважился расколдовать. [1] Ей показалось, что она «пролежала целую вечность, а может, и того дольше. Всё тело у неё затекло». Всё-таки она «чувствовала, что ещё жива». Но сказав себе, «раз меня никто не освобождает, освобожу себя сама», она встала. В самом деле, не может она «лежать до посинения», «пока не станет мумией». [2] Да, конечно, это было не по правилам, но зато против сказки. В другой раз сказка заканчивается как будто сама по себе, никто ей не противится — когда Николаус, не тот, с ватной бородой, который приходит в детский садик, а самый настоящий, похожий на родного дедушку, однажды не появляется с подарками, то никто не стремится подменить его, да, наверное, и не может. [3] Но обычно с волшебством справляются на дальних подступах, когда заполняются все мыслимые пустоты, ведь сказки живут именно в них, как гномы в пещерах. Мальчик нашёл на чердаке своего дома «старую карту деревни», в которой он жил, и окружающей горной долины. «Карта огромная — когда он её расстилает, она закрывает весь стол, источенный червями». [4] Мальчик мог бы совместить её волшебной страной, но он «всю её заклеил картинками, вырезанными из иллюстрированных журналов, проспектов, календарей. Из-за этих картинок деревни почти не видно. На холмах стоят замки, крепости, соборы, небоскрёбы или же альпийские хижины — приюты для туристов. В долине плывут корабли…» «Канатные дороги связывают между собой берега, а качающиеся воздушные мосты — вокзалы и пристани». «По берегам морей и каналов наклеены фотографии больших городов». «В лесах на склонах долины вмонтированы заповедники и водопады». [5] И нет даже намёка на гномов. И нет места для пустоты. Правда, это мир будущего. Но и в своём деревенском настоящем мальчик, а у него было множество занятий и обязанностей, не встречался с волшебством. Страну освободили от сказок предки детей. И дети сохранили её свободной.

[1] Эвелине Хаслер. Помни про секрет, Нелли! Перевод Павла Френкеля. — Адам, Сюзанна и другие герои: повести современных швейцарских писателей. Художник Е. Чёрная. Москва: Детская литература. 1992. Страница 94-я.

[2] Здесь же, страница 96-я.

[3] Эмиль Цопфи. Сюзанна и семьсот тысяч гномов и другие рассказы о Сюзанне. Перевод Владимира Седельника. — Здесь же, страница 51-я.

[4] Ханц Манц. Разные случаи из жизни Адама-простака. Перевод А. Исаевой. — Здесь же, страница 140-я.

[5] Здесь же, страницы 140-я и 142-я.

Обещание Нелли 1992 года

Четверг, Май 24th, 2018

Adam, Suzanna i drugie geroiЖить в классовом обществе нелегко или, точнее, — чтобы не делать слишком широких обобщений, — нелегко пребывать в классовой ситуации. Всё указывает на то место, которое ты должен занимать, постоянно звенит звоночек, предупреждающий о приближении к границе, пусть на твоей шее не одет ошейник с надписью «Я раб». Не беда. Беда в том, что звоночек звенит и тогда, когда ты не думаешь, кажется, ничего пересекать. Например, просто идёшь по улице. Играешь на детской площадке. Сидишь на уроке в классе. И звоночек всё время напоминает о том, кто ты. Разумеется, постоянное и, как кажется, излишнее напоминание злит. «Ужасно злит!» Даже «голова болит, руки зудят так, будто залезла ими прямо в муравейник». [1] Но «злиться не надо! Как раз этого — ни в коем случае не надо делать!» [2] А уж тем более нельзя показывать, что злишься. Показал, что злишься — совершил преступление. В классовом обществе нужно улыбаться, и лучше улыбаться искренне. Искренности не так сложно достичь. Первое, что надо делать, — писать стихи. Когда указывают на твоё место в обществе, нужно «сочинять рифмы», «заклички, волшебные заклички против злости». «Новые смешные рифмы». Например: «Всё грохочет и сверкает», а человек «Потихоньку привыкает, И спокойно изрекает: Пусть грохочет и сверкает!» [3] Есть и «куча других хитростей» для того, чтобы улучшить свою ситуацию в обществе: можно, например, насвистывать. «Надо найти что-нибудь такое, что отвлекало бы тебя. Чтоб ничья болтовня не раздражала». [4] Второе, что должен сделать человек, — выпить чашку кофе. В классовом обществе все пьют кофе, иначе не нельзя. Человек должен пойти «в центр города», — это важно, потому что дело не только в кофе, но и в том, что кофе выпивается в центре города, а ещё лучше — в центре мира, — зайти в «небольшое кафе в каком-нибудь огромном универмаге», и выпить кофе. [5] Простое и очень сильное средство для того, чтобы примириться со своим положением. Третье: надо думать о тех, кому хуже, чем тебе. Такие обязательно найдутся. Если не найдутся, ищи их в художественном пространстве, оно как раз для этого существует. Это средство позволит тебе увидеть, как много ты имеешь. И возможно, тебе только кажется, что ты раб, а на самом деле, ты властелин мира. Всё в твоих руках. Всё ты можешь. Всё тебе доступно. И посмотри, как много ты ешь. Ты ешь так, как никогда человек не ел во всю историю человечества. Хотя тебе достаточно было бы завести себе курочку, кормить её травкой, как это делает твой сосед, и обходиться одним яйцом зимой и двумя летом. И салатом из лука и помидоров. Помни об этом. И никто не сможет тебя обидеть.

[1] Эвелине Хаслер. Помни про секрет, Нелли! Перевод Павла Френкеля. — Адам, Сюзанна и другие герои: повести современных швейцарских писателей. Художник Е. Чёрная. Москва: Детская литература. 1992. Страница 83-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 84-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 85-я.

Твоя мама ушла в разведку

Вторник, Май 22nd, 2018

Zhan Ren'o. Moja mama v Amerike Никто не говорит мальчику, где его мама. Нельзя сказать, что это игра, но это очень похоже на игру. Если никто не говорит, где его мама, значит, и он не должен спрашивать, где его мама. Иногда прямо на его лице этот вопрос проступает. Но если в этот момент его спрашивают: «Хочешь что-то сказать?» Он отвечает: «Нет». [1] Он усвоил правила игры. Между тем, он знает, где его мама: она путешествует и присылает ему открытки со всех концов света. О том, что он получает эти открытки, он тоже не должен говорить никому. Потому что это первый его секрет. Второй секрет касается Деда Мороза: мальчику удалось сфотографировать ботинок Деда Мороза, когда тот ночью выкладывал подарки под ёлку. Нельзя сказать, что получает тот, кто нарушает молчание, — он выигрывает или проигрывает, — но молчание нарушается: мальчику говорят, что ни его мамы нет нигде, ни деда Мороза нет нигде. Но плачет он только по деду Морозу, потому что выяснилось, что Дед Мороз существует только для маленьких, и не плачет о маме, потому что мамы не может не быть. Да, может быть, он стал «слишком взрослым», чтобы верить в существование мамы, [2] но вокруг так много знаков, указывающих на маму, на то, что она существует для него, что он может быть уверенным, что молчание укрывает не правду «мамы нет нигде», а укрывает неправду «мамы нет нигде», которая укрывает уже настоящую правду, что мама где-то есть. Мальчик не знает, почему правду о маме надо укрывать, но он вместе со всеми хранит её. Когда его младший брат, который тоже хранит молчание, не выдержал и расплакался о маме, мальчик спасает его сказкой о страшной колдунье: мол приходила колдунья, вот брат и испугался. [3] Школьному психологу он рассказывает историю о том, «что был с мамой в Америке, где» они «ездили за продуктами в супермаркет, болтали с индейцами и ходили на родео Буффало Билла». [4] Вполне убедительную историю. Психолог поверил. А ведь это был психолог, после встречи с которым, одного мальчика перевели в какую-то специальную школу, другой мальчик впервые назвал свою приёмную мать «моя мама», [6] а это был тот самый мальчик, у которого папа был художник и настоящий водитель-ас, [7] и он сам не был слабаком, а третий — впервые заговорил по-французски: «Задкнис, ато звай мои братт!» [8] — сказал он. С его братьями лучше не связываться. И мальчика отправили обратно в класс. Вместо злой первой учительницы у него к Рождеству появилась вторая — хорошая. Значит, мама точно есть. Ну, может быть, она ушла ушла в разведку.

[1] Жан Реньо. Эмиль Браво. Моя мама в Америке, она видела Буффало Билла: графический роман. Перевод Михаила Хачатурова. Санкт-Петербург: Бумкнига. 2015. Страница 30-я.

[2] Здесь же, страница 115-я.

[3] Здесь же, страница 81-я.

[4] Здесь же, страница 76-я.

[5] Здесь же, страница 66-я.

[6] Здесь же, страница 72-я.

[7] Здесь же, страница 39-я.

[8] Здесь же, страница 69-я.

А жить вы будете в классовом обществе

Понедельник, Май 21st, 2018

Adam, Suzanna i drugie geroiЛюди делятся на классы не в зависимости от того, как они относятся к средствам производства, а в зависимости от того, как они относятся к еде. К первому классу относится Сюзанна, девочка шести лет из Цюриха. Для неё еда праздник или, точнее, событие. Нет, конечно, она питается каждый день и дома и в садике. Но об этом питании она не думает. Из-за того, что еда связаны для неё праздником или событием, Сюзанна по сути дела ест только несколько раз в году. Весной она получает в подарок корзинку крашенных яиц. Но, кажется, она ими только играет. На Первое Мая выпивает «стакан подогретого сока». [1] На её день рождения приготовлены торт, «карамельный пудинг» и «малиновый сироп», но из-за скандала, который она устроила, ничего этого толком съедено не было: никому из гостей «кусок не лез в горло». [2] На день страны она получает «половинку жареной сардельки и бутылку кока-колы». [3] Когда она потерялась в городе, вместе с рабочими, которые её нашли, она съела тарелку мяса, «целую горку жареной картошки» и выпила пивную кружку яблочного сока. [4] Событие — когда приезжает любимая тётя. Тогда Сюзанна получает «целую банку базельских пряников». [5] Событие — когда её друзья-водопроводчики празднуют с её папой замену неисправного насоса. Тогда она съедает «праздничный пирог, приготовленный назавтра», [6] на день рождения мамы. Событие — когда она бывает у своих друзей, в кухне которых всегда пахнет чем-то очень вкусным, и получает «порцию пиццы». [7] Её отношение к еде выдаёт в ней принцессу. Не всем это отношение по плечу. Нелли, десятилетняя девочка из другого города, возможно, из Базеля, не может выдержать этого. Ей тоже «хотелось всё устроить красиво. Тогда обед доставлял гораздо больше удовольствия. Итак, сперва красная соломенная подстилка. Затем мамина хорошая посуда с золотой каёмочкой и васильками. Бумажная салфетка. Хрустальный стакан. В него ещё — цветок с куста герани». [8] Всё это не похоже на праздники Сюзанны, но всё-таки это праздник. На такой обед можно пригласить и принцессу. Но Нелли не удерживается на этом праздничном уровне. Вскоре она вспоминает, что голод можно утолить и бутербродами, лапшой из пакетиков и наскоро приготовленным спагетти. За такой обед принцессу, правда, уже не посадишь. А вскоре Нелли уже была готова обедать жвачками и шоколадками, поедая их по пути домой из школы. Да, это еда, которую можно есть всё время и где угодно, но это уже другой класс. Однако Нелли не заперта в этом классе. Она выйдет из него. И сама станет принцессой.

[1] Эмиль Цопфи. Сюзанна и семьсот тысяч гномов. Перевод Владимира Седельника. — Адам, Сюзанна и другие герои: повести современных швейцарских писателей. Художник Е. Чёрная. Москва: Детская литература. 1992. Страница 30-я.

[2] Здесь же, страница 32-я.

[3] Здесь же, страница 36-я.

[4] Здесь же, страница 39-я.

[5] Здесь же, страница 41-я.

[6] Здесь же, страница 48-я.

[7] Здесь же, страница 46-я.

[8] Эвелине Хаслер. Помни про секрет, Нелли! — Здесь же, страница 75-я.

Вам не жить друг без друга

Воскресенье, Май 20th, 2018

Adam, Suzanna i drugie geroiГосподин Майер не может отремонтировать компьютер. Даже в воскресенье папа должен ехать в контору и разбираться с транзисторами. Без разрешения папы мама не может взять автомобиль и поехать в магазин. Сюзанна не может остаться дома без папы и мамы. «Мама украдкой припудривает щёки, скрывает следы слёз». [9] Нелегко зависеть от других. Бабушка ждёт маму: «бабушка уже давно ходила взад-вперёд перед домом». «Я торчу тут уже полчаса! — жаловалась бабушка». [2] Но она огорчена не только этим: «отец (так она называла дедушку Сюзанны) дал мне только пятьдесят франков. А мне так хочется купить современную кастрюлю-скороварку». [3] Дедушка говорит: «В этом доме пока я командую!» [4] Плачь бабушка. Сюзанна хочет получить на день рождения паровоз, а получает куклу. Так решили папа и мама, потому что «девочке не положено!» [5] Если бы не дедушка, осталась бы девочка без паровоза. Но это всё не так удивительно, как зависимость Сюзанны и её родителей от незнакомых людей. В праздничный день рабочие ремонтируют трубопровод на улице: «надо его немедленно исправить», — говорят они Сюзанне, — «ведь твоя мама хочет сварить кофе». [6] Дедушка Сюзанны машинист. Он счастлив, что когда-то вместе со всеми рабочими отстоял свои права во всеобщей стачке. Теперь с правами всё в порядке, но «рабочим надо быть настороже». [7] Они держатся вместе, потому они «красные», а точнее, «красные собаки», как их называют. [8] Сюзанна заодно с дедушкой — она празднует вместе с ним Первое Мая, — поэтому она «тоже наша, красная». [9] Но, если уж они все зависят друг от друга, то они все красные и даже те, кто белые. Человек не может не зависеть от других людей. Может быть, это связано с тем, что люди рождаются друг от друга. Даже, когда человек остаётся один, он не может быть один: к нему приходят принцессы, чтобы пообедать с ним, а в холодильнике находится управляющий холодильником господин Холодок, человечек, с которым можно переброситься словечком. [10] Человек знает, что где-то высоко в горах в пещерах живут гномы, которые только и ждут, чтобы придти к нему в случае необходимости и перекинуться с ним словечком. Если нет гномов, то других людей на время, конечно, могут подменить вещи: «даже у мёртвых вещей есть свои голоса». Поскрипывает «деревянный потолок». Падают капли из крана в раковину. Дождь шуршит по оконному стеклу. Стул скрипит и кряхтит. И самые «немыслимые звуки издаёт холодильник». [11] Но Сюзанна не слушает вещи. Она слышит только людей.

[1] Эмиль Цопфи. Сюзанна и семьсот тысяч гномов. Перевод Владимира Седельника. — Адам, Сюзанна и другие герои: повести современных швейцарских писателей. Художник Е. Чёрная. Москва: Детская литература. 1992. Страница 9-я.

[2] Здесь же, страница 18-я.

[3] Здесь же.

[4] Здесь же, страница 28-я.

[5] Здесь же, страница 35-я.

[6] Здесь же, страница 39-я.

[7] Здесь же, страница 29-я.

[8] Здесь же, страница 27-я.

[9] Здесь же, страница 29-я.

[10] Эвелине Хаслер. Помни про секрет, Нелли! Первод Павла Френкеля. — Здесь же, страница 44-я.

[11] Здесь же.

Обещание Сюзанны 1992 года

Суббота, Май 19th, 2018

Adam, Suzanna i drugie geroiСюзанна, Цюрих, Швейцария, 6 лет: твой папа будет управлять гигантским компьютером, способным заменить семьсот тысяч человек. Но только папу компьютер заменить не сможет. Твоя мама будет ухаживать за тобой и  твоим младшим братом. Мама тоже будет незаменимая. Жить вы будете в новом доме, на новой улице. Перед домом будут клумбы с цветами. Родители без опаски будут отправлять тебя гулять одну, несмотря на автомобили и строительные работы. Твои бабушка и дедушка будут жить в «старом кооперативном посёлке» с видом на пустырь и «дымящуюся мусорную свалку». [1] Возможно, это им за то, что они «красные». Вместе с мамой и бабушкой ты будешь гулять в торговом центре, предназначенном для того, чтобы покупать не то, что задумал: мама, которая задумала купить стеклянную подставку для зонтиков, купит соску, стеклянную бутылочку, молочную смесь и воду для твоего брата, а бабушка, которая задумала купить скороварку, купит «две чашки кофе» и «огромный кусок шварцвальдского торта». [2] На настрое покупки не будут влиять: у мамы от них будет болеть голова, а у бабушки — оно будет подниматься. Когда задумаешь неправильно — тогда купишь что-нибудь дельное. Но тебе покупать ничего не надо. Ты всё будешь получать в подарок. В году есть особые дни для подарков. Их не много, но достаточно для того, чтобы устать от старых подарков, и начать мечтать о новых. В один день тебе будут дарить крашеное яичко, в другой — красный флажок, в третий — будут показывать фейерверк и читать стихи об Отечестве, об Отечестве и ещё раз об Отечестве, на день рождения — большую куклу и паровоз, и наконец наступит день, когда Николаус и Мурзилка принесут тебе пряники, орехи и мандарины, и исполнят другие желания. Болеть ни ты, ни твои мама и папа ничем не будете, но вы «все немножко» будете «больны этой болезнью», которая называется «депрессией». [3] Но её можно лечить таблетками. Твой папа, хотя у него тяжёлая работа, и твоя мама, хотя за детьми ухаживать нелегко, не будут делать тяжёлую работу в старом смысле слова: не будут строить, копать улицы, мести полы. Всё это будут делать люди из других стран: они будут приезжать, когда есть работа, и уезжать в свои прекрасные высокие горы, достающие до неба, когда работа закончится. Каждое лето вы будете уезжать на юг, к морю, где у вас будет маленький домик. Там мама и папа будут лежать в шезлонгах, а ты будешь строить песчаные замки. Ты не сможешь увидеть гномов, ведь они живут «наверху, в глубокой пещере», да они тебе и не нужны. Если только что-нибудь из этого обещания не исполнилось… Тогда, да, — зови гномов.

[1] Эмиль Цопфи. Сюзанна и семьсот тысяч гномов. Перевод Владимира Седельника. — Адам, Сюзанна и другие герои: повести современных швейцарских писателей. Художник Е. Чёрная. Москва: Детская литература. 1992. Страница 27-я.

[2] Здесь же, страница 21-я.

[3] Здесь же, страница 42-я.

[4] Здесь же, страница 60-я.

Пылеслон

Четверг, Май 17th, 2018

Doktor Sjuz. Slon Horton i gorod KtotovСлон в слышимом диапазоне открыл микромир. Звучала пылинка. Если бы это была музыка — беды не было бы. Но пылинка звала на помощь. И слон переложил слышимое в видимое. Сначала он предполагал только одно существо: «А вдруг на пылинке сидит существо? И голос, который я слышу, — его? Пылинку — и ту я заметил не сразу, А он-то и вовсе невидимый глазу». «Он там, на пылинке, он плачет и стонет». «Он мал, но он мыслит, но он существует». [1]* Затем, пытаясь защитить пылинку от недоброжелателей, он допускает, что «их там не менее двух! А может быть, трёх! Или даже восьми! Вдруг там поселилось семейство с детьми?» [2] Но действительность превосходит его предположения: «там целый город с домами». [3] И этот город находится в опасности, хотя причины опасности не ясны, но можно думать, что пылинка оторвалась от некой основы, от цивилизации, состоящей из пылинок-городов, к которой она была прикреплена, и её стало носить по свету. Слон, конечно, не мог скрыть своего открытия, потому что ему надо было говорить с пылинкой. И этим он  являет зрелище не только странное, но и устрашающее: что можно ждать от слона, который «сам с собой говорит! Видно, бредит! Какая-то чушь на каком-то цветке!» [4] Возмущению джунглей не было предела: слона разлучают с пылинкой, затем, когда ему удалось отыскать свою пылинку снова, джунгли решают бросить пылинку в кипящее масло, а слона посадить в клетку. Слон призывает жителей пылинки «голосить, галдеть и вопить»: «вам нужно добиться, чтоб вас услыхали, Иначе спасения нет, вы пропали!» [5] У слона хороший слух, у обезьян и кенгуру — не очень. Только неимоверным усилием жителям пылинки удаётся достучаться до их ушей. И вряд ли им удастся сделать это ещё раз. В джунглях меняется настроение: противники невидимого города вдруг становятся главными его сторонниками и защитниками. «А если, — нахмурилась вдруг кенгуру, — Их пальцем кто тронет, Толкнёт иль уронит — Того я сама в порошок разотру». [6] Но перемена эта основана на нехитрых этических положениях — «по росту судить о соседях не надо» [7] и «большие должны помогать малышам», [8] — а так же на вере: «Я верю, что там целый город с домами!» [9] Вера эта шаткая. Джунгли верили и в то, что города нет. Слон не верит — он знает. Знание его основано на слухе и способности обращать звуковые сигналы в образы. Он, конечно, станет  столпом веры, которой предались джунгли. И сможет, из озорства даже, заставить их поверить в любую пыль.

[1] Доктор Сьюз. Слон Хортон и город Ктотов. Рисунки автора. Перевод Дмитрия Манина и Юлии Фридман. Москва: аст. Санкт-Петербург: Кырля-Мырля. 2008. Страница 7-я и 8-я.

* В книге нет нумерации страниц. Номера страниц указаны мною. Ошибки возможны.

[2] Здесь же, страница 15-я.

[3] Здесь же, страница 23-я.

[4] Здесь же, страница 18-я.

[5] Здесь же, страница 43-я.

[6] Здесь же, страница 62-я.

[7] Здесь же, страница 60-я.

[8] Здесь же, страница 62-я.

[9] Здесь же.