Archive for Апрель, 2018

Марсианские надежды

Суббота, Апрель 14th, 2018

Maik Miniola. Golova-vintВолшебство возникает при соединении тела с заклинанием или, точнее, со словами. Первое волшебство есть человек, поскольку является соединением тела и слов. Сам себе человек обычно не кажется волшебным в силу, надо полагать, привычки, но как только слова, уступив власти, например, марсианских слов, оставляют тело, как им сразу становится ясным, каким волшебством было это сожительство безмолвного и косного тела и слов, полных движения и звучания. Словам плохо одним. Они рады обрести хоть какое-нибудь тело, пусть это будет летучее тело марсианина или «роботизированное тело наподобие сковородки». [1] Они помнят о волшебстве соединения слов именно с человеческим телом, и не щадят своих марсианских тел, чтобы предотвратить захват человеческих тел марсианами, но они сочувствуют соединению всех тел со словами. Человек, будучи волшебным предметом, желает видеть и другие предметы волшебными. Видимо, это желание является силой, которая притягивает к человеку другие волшебные тела. Волшебная Голова-Винт, умеющая прикручиваться к разным механизированным телам, использующая их как сменные носители, и таким образом, отражающая и даже передразнивающая устройство человека; волшебные бобовые зёрнышки, [2] на которые люди готовы выменять все свои сокровища; трёхмерные геометрические объекты, [3] появляющиеся и исчезающие в двумерном мире, но могущие сохранять в себе чужие жизни; а также говорящие деревянные куклы. [4] Создателями волшебных предметов объявляют себя волшебники, но при этом почти всегда оказывается, что волшебные предметы сильнее тех, кто объявил себя их изобретателями, собственниками и хранителями. Продавец трёх волшебных бобов, которыми он торговал в течение пятисот тысяч лет, оказывается пусть полной сокровищ, но обыкновенной глиняной копилкой, упавшей однажды и разбившейся. [5] Чародей, как будто создавший волшебные трёхмерные фигуры, — куб, шар и пирамиду, — полностью от них зависит — когда они появятся в следующий раз, он исчезнет. [6] За волшебниками кто-то стоит. Иногда это волшебник, который называет себя именем того, чьё имя лишний раз лучше не поминать, но всегда оказывается, что это всё-таки обыкновенный волшебник. Во всяком случае нет причин считать его кем-то ещё, кроме как волшебником, поскольку, как и все другие волшебники, он стремится к тому, чтобы, используя человеческую жажду волшебства, при помощи своих волшебных предметов заполучить, подчинить или хотя бы направить в нужную сторону тот волшебный предмет, который называется человек. Сделать это бывает тем легче, что человек не считает себя волшебным предметом: отдаёт свои сокровища за три бобовых зерна, уступает своё тело марсианам, позволяет волшебным кукловодам управлять собой, словно он изначально был злой деревянной куклой. Но стоит только его словам и телу пожить без волшебства, как при первой же возможности он просит: верните моему телу мои слова! Подлинные есть марсиане, не те, которые нас мучают, — они могут вернуть.

[1] Майк Миньола. Кэйти Миньола. Удивительный Голова-Винт и другие любопытные объекты. Перевод Ксении Бобковой и Александра Инглессе. Санкт-Петербург: Комильфо. 2014. Страница 73-я.

[2] Здесь же, страница 46-я.

[3] Здесь же, страница 53-я.

[4] Здесь же, страница 64-я.

[5] Здесь же, страница 50-я.

[6] Здесь же, страница 57-я.

Голова нашла заклинание

Пятница, Апрель 13th, 2018

Maik Miniola. Golova-vintАвраам Линкольн, президент американцев и волшебник. Иначе нельзя назвать человека, который владеет чудодейственными предметами, и не только теми, что хранятся в музее опасных книг и бумаг, [1] то есть официальными волшебными предметами, но и теми ещё, что находятся где-то во тьме, из которой он вызывает их, минуя инстанции и процедуры. Владеет он и заклинаниями, хорошо всем известными, но работающими только в сочетании с волшебными предметами. При помощи заклинаний он вызывает волшебные предметы, направляет их и поощряет. Среди предметов Голова-Винт — голова, использующая сменные механизированные тела, с помощью которых реализуются волшебные силы. Разумеется, происхождение Головы-Винта, как и любого другого волшебного предмета, — секрет. [2] Голова-Винт, явившись на зов и усвоив существо вопроса, немедленно приступает к выполнению задания, состоящего в том, чтобы остановить очередного претендента на мировое господство. Дело в том, что у Авраама Линкольна, как всемогущего волшебника, есть проблема — он единолично господствует над миром живых. Все волшебные предметы, которые способствуют этому господству, он присвоил. Соперник может придти только из другого мира. И угрожать Аврааму Линкольну он может только в том случае, если завладеет его волшебными предметами или знаниями, которые дадут ход к этим предметам. Но означает это также, что любой живой человек, который покусится на власть Авраама Линкольна, оказывается, с одной стороны, в положении посланника тьмы, довольно невыгодном, но, с другой стороны, обретает хотя бы отчасти силу этой тьмы. Авраам Линкольн должен ждать подвоха от любого существа. Император зомби похищает у него рукопись, в которой описывается место хранения волшебного предмета, при помощи которого ещё в десятом веке до нашей эры некто приблизился «к завоеванию всего мира». [3] Рукопись ещё не переведена, но император зомби когда-то был известным исследователем древних рукописей. «Все по-настоящему умные люди должны быть кремированы». «В интересах национальной безопасности». [4] Но император зомби, видимо, избежал этой участи. Прочитать рукопись не составляет для него труда: волшебный предмет хранится в Асуанской долине. Им оказывается обыкновенная репа. Попытка установить контакт с репой приводит к высвобождению неуправляемой волшебной энергии и к разрушению репы. Последнее обстоятельство заставляет усомниться в её волшебности, поскольку волшебные предметы обычно не разрушаются, но сохраняются хотя бы на тот случай, если волшебству придётся где-то укрываться. Вполне возможно, что всё дело связанное с похищением древней рукописи было подстроено Авраамом Линкольном для того, чтобы заманить своего соперника в смертельную ловушку. И для того, чтобы в очередной раз испытать один из своих волшебных предметов, именно Голову-Винт, который устраивает большой «буум» [5] и кончает с императором зомби. «Ещё одно успешное дело, Голова-Винт. Земля снова безопасна для живых людей», [6] — хвалит его Авраам Линкольн. Голове-Винту не нужны никакие награды, кроме заклинаний.

[1] Майк Миньола. Кэйти Миньола. Удивительный Голова-Винт и другие любопытные объекты. Перевод Ксении Бобковой и Александра Инглессе. Санкт-Петербург: Комильфо. 2014. Страница 7-я.

[2] Здесь же, страница 31-я.

[3] Здесь же, страница 8-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 30-я.

[6] Здесь же.

Волшебный приказ

Среда, Апрель 11th, 2018

Progulki v volshebnoi dolineНеведомы пути, по которым приходят в мир волшебные предметы: их нельзя заслужить, нельзя вымолить и нельзя создать. Их можно найти, но места, где находят волшебные предметы, тоже неведомы: их можно найти везде и не найти нигде. Волшебные предметы не возникают по приказу. Королева зелёных муравьёв приказала своим подданным создать пряничный дворец, который увидела во сне. Пряничный дворец не считается обычно волшебным предметом, но некоторые обстоятельства говорят нам о том, что королева хотела получить не торт огромных размеров, а именно волшебный предмет, благодаря которому она станет волшебницей: она «объявила, что видела во сне пряничный дворец и хочет, чтобы у неё был такой же». [1] Сон должен стать явью — а это и само по себе волшебство, и делает волшебными предметы, в которые воплощаются сны. Но сон не превращается в явь по воле человека. Королеве показалось, однако, что она сможет этого добиться, ведь приказ тоже обладает волшебными свойствами. По приказу многое возникает и такое, что без приказа никогда бы не появилось. Зелёные муравьи, получив его, принялись строить дворец. И «дворец получался чудесный». [2] Но в том момент, когда оставалось положить последние крупинки карамели на его крышу, один из муравьёв вдруг «сбросил груз на землю и крикнул: «Довольно управлять нами! Мы муравьи или рабы?» «И началось восстание». [3] Оно проявилось в том, что строители съели дворец, который с таким трудом воздвигали, а на его месте «построили современную сахарную фабрику для зелёных муравьёв». [4] Но это не причина восстания. У них без того было достаточно сладкого, ведь дворец они строили из тех материалов, которые сами находили. Королева своих приказов не отменяла и не изменяла, что могло бы раздражить муравьёв. Королева «всё время распевала песни», когда «бедные муравьи выбивались из сил», [5] но отсутствие песен возмущает быстрее и сильнее, чем пение. Палач, который подкреплял приказ королевы своими руками-топорами, тоже не перестал работать. На настроение зелёных муравьёв могли повлиять соседние королевства: в одном жили красные муравьи, которые чтили образование, и никогда не позволяли своим детям работать во время учебного года. А вот зелёным муравьишкам приходилось. В другом королевстве жили белые муравьи. Они были известны тем, что «любили жевать серу» [6] и защищать тиранов. На зелёных муравьёв могла действовать мысль, что они строят дворец для королевы, которая в любой момент может сбежать к белым муравьям. И королева в самом деле сбежала. Но дворец не мог сбежать. Дворец и всё возможное волшебство оставались бы зелёным муравьям. Но они предпочли его съесть. Волшебные свойства дворца остались тоже неведомыми. Но дело не в них. А в том, что он не появился по приказу.

[1] Дора Алонсо. Прогулки в волшебной долине. Перевод Аллы Борисовой. — Прогулки в волшебной долине: современные зарубежные сказки. Художник Галина Лавренко. Ленинград: Детская литература. 1991. Страница 67-я.

[2] Здесь же, страница 68-я.

[3] Здесь же, страница 69-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же.

Легенда о Великом Трансформаторе

Вторник, Апрель 10th, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechkiИмя Волшебника — Великий Трансформатор. [1] Имя, которое наиболее полно соответствует сущности волшебства, состоящем как известно в трансформации. Великий Трансформатор возглавлял 220-х в их войне против 127-х. «Раньше лет двадцать назад, все телевизоры, холодильники и приборы выпускали на напряжение 127 вольт. А потом начали выпускать и на 220». [2] Гарантийных человечков, которые работали на приборах на 220 вольт становилось всё больше и больше, 127-х всё меньше и меньше, но последние как решили однажды считать себя главными, так и продолжали это делать. «Тогда и началась война!» [3] Гражданская, между прочим. «В каждом доме, на каждом заводе! Сколько пленных было захвачено, сколько разных поломок организовано — целую книжку можно написать». [4] Но тут Великий Трансформатор «предложил создать Управление гарантийных человечков, а в нём два отдела — Сто Двадцать Семь и Двести Двадцать». [5] Как если бы это были отделы Красных и Белых, а понадобилось бы — и Зелёных. Созданием отделов он вряд ли остановил войну. Красные и Белые всё бы управление разнесли. Но он войну раздробил, а раздробив — утихомирил: «в каждом городе иди посёлке есть свои управления. Даже на больших кораблях и самолётах. Кого в данном управлении больше, тот и командует». [6] А когда война идёт только в поселковом управлении, то это уже не война, а трудовой конфликт. Совершив волшебство, Великий Трансформатор ушёл в народ: «работает где-то. Может, в стиральной машине. Может, в полотёре. Он человек скромный. Прекратил войну и работать ушёл». [7] Великий Трансформатор исходил из той философской, но очень практичной посылки, согласно которой отдельный человек так же важен как и противостоящее ему большинство, даже если это большинство — все остальные. Неверно считать, что «все важнее одного», потому что, признав это, придётся признать, что «большинство важнее меньшинства», а дальше — пуще — «получится, что половина всех важнее половины всех»: «если одни привыкли считать себя главнее других, они так и будут считать себя главнее, даже если их станет меньше. И в конце концов у вас выйдет, что не все важнее одного, а один, самый важный, важнее всех остальных». [8] А должно быть, чтобы самым важным был самый неважный. Только в этом случае удалось бы избежать войны 127х220. Не очень понятно, как развивались размышления Великого Трансформатора, известно только, что он с ними не родился, но ясно, что только тогда, когда он уже был командиром 220-х, они стали волшебными по своему существу: один человек столь же важен, как и все. А значит, войну можно преобразовать в мир. Пусть этот мир ещё не любовь, но и не война с пленными и поломанными домашними приборами. И кроме того мир управляемый. А управляемость — второй признак волшебства. Волшебство — это управляемая трансформация.

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 58-я.

[2] Здесь же, страница 100-я.

[3] Здесь же, страница 101-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же, страница 102-я.

[8] Здесь же, страница 93-я и 94-я.

Логика бессмертия

Воскресенье, Апрель 8th, 2018

Uorren Ellis. Frikangely 5«И зачем только, спрашивается, мы расхерачили Англию, если не всю планету?!» [1] Ответ на этот вопрос довольно прост: потому что «мы бессмертны». [2] Бессмертие обладает логикой, которая требует изменений и развития. Фрикангелы, едва открыв своё собственное бессмертие, обнаружили, что не могут не развиваться. Фактором, который заставляет развиваться людей, выступает время, но он же и ограничивает это развитие. Фактором, который является условием развития фрикангелов, становится бессмертие. Первый же фрикангел, перешедший черту, отделяющую его от обычных людей, и вернувшийся обратно, получает не просто новый опыт существования, но опыт, воплощённый в новых способностях, возносящих его на ступень развития значительно выше той, на которой находятся другие медиумы. Два-три перехода через черту делают разрыв между фрикангелами схожим с тем, который существует между ними и людьми — это разрыв между разными формами жизни. Фрикангелы, не получившие опытов перехода, с неизбежностью должны подчиниться тем, кто его получил, стать их рабами или, если угодно, роботами, если бы не взаимная проницаемость их сознания, позволяющая опыту одних становиться опытом всех. Хотя обмен опытом происходит постоянно, но иногда он требует больших усилий чем обычно, хотя и не приводит к результатам заранее известным: опыт одних способностей при передаче образует опыт совсем других способностей, вызванных не только полученным по обмену опытом, но и тем опытом, который был нажит фрикангелом. Общее усилие, направленное на то, чтобы подтянуть опыт каждого к наивысшему достигнутому опыту, они называют прокачкой. Прокачка может быть направлена и на то, чтобы исправить продвинутые сознания, направить их в нужную сторону и, если смотреть правде в глаза, упростить их и снизить. Но результат всё-равно получается более чем удивительный: фрикангелы получают возможность усилием отдельного сознания преобразовывать материальные объекты, а на их основе складывать объекты ещё большие, например, дома и машины. Несомненно, они готовятся к тому, чтобы восстановить разрушенную ими же Англию, которая, таким образом, получает доказательства своего собственного бессмертия: она ушла за черту, отделяющую её от бренных материальных объектов, и вернулась обратно к своему извечному существованию. Разрушение Англии, к которому приложили сознания фрикангелы, стало, таким образом, следствием не их подростковой ярости и не жестокости правительства, которому показалось, что фрикангелы представляют для него опасность, а следствием, вытекающим из логики бессмертия: чтобы развиваться, необходимо перейти черту. Правда, за редким исключением, страна переходит черту не по здравому размышлению, взвесив все за и против, а подталкиваемая не всегда даже осознаваемой необходимостью, которую обойти, однако, никаким безопасным способом не удаётся. Выход за черту — вспышка безумия, а вот возвращение — работа тщательно подготовленных умов, их объединение, настройка и тонкое сотрудничество. Восстановление Англии потребует восстановления планеты. Надо будет и её как-то приладить и подогнать к Англии. И, по крайней мере, это надо будет сделать так, чтобы не разрушать всё опять слишком скоро.

[1] Уоррен Эллис. Пол Даффилд. Фрикангелы: комикс. Книга 5. Перевод Галины Соловьёвой. Санкт-Петербург: ЭксЭл Медиа. 2016. Страница 22-я.

[2] Здесь же.

Главная опасность

Воскресенье, Апрель 8th, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechkiГлавную опасность для гарантийных человечков представляют дети: «если дети узнают про гарантийных человечков, беда начнётся. Они будут все приёмники и часы разбирать, чтобы нас достать». [1] Дети, впрочем, если ничего не знают про гарантийных человечков, всё равно догадываются, что в домашних приборах и машинах кто-то есть живой. Разубедить детей в том, что гарантийных человечков не существует, нельзя, их можно воспитать в этой мысли. Или, другими словами, с детьми нельзя по-хорошему, только по-плохому. Если ребёнок пытается вытащить кукушку из часов с кукушкой, кукушке «приходится куковать во всю ивановскую, а» гарантийному человечку «трезвон устраивать, чтобы родители прибежали». Если ребёнок пытается развинтить приёмник, чтобы «посмотреть, кто там разговаривает», то приходится и вовсе «провода с током поднести и дёрнуть как следует. Чтобы больше не лазила». [2] Родители прямо заинтересованы в сохранении гарантийных человечков, потому что от них зависит сохранность приобретённых ими бытовых приборов, поэтому они заинтересованы воспитать такого ребёнка, который не будет видеть гарантийных человечков. Воспитание проводится с таким расчётом, чтобы отделить от ребёнка одну часть, которая согласится не видеть гарантийных человечков в обмен на похвалу и пахлаву, с тем чтобы поставить оставшуюся часть, которая не согласится не видеть ни за что на свете, под сомнение. «Не спи! Не спи, Татьяна! Здесь какие-то человечки с фонариками. Их надо поймать!» [3] А может быть, это только кажется? Две половинки ребёнка «всегда» будут враждовать «между собой». И не только в том, что касается гарантийных человечков, но во всём остальном: одна половинка призывала другую «быть послушной девочкой, не капризничать, убирать игрушки, вовремя ложиться спать», «а вторая — наоборот: залезть на шкаф, стукнуть кого-нибудь лопаткой, отрезать себе косички ножницами». [4] В ходе этой вражды половинка, которая продолжит видеть гарантийных человечков, полностью растратит весь запас доверия, который получила при рождении: нельзя доверять той детской половинке, которая забирается на шкаф, а то и в радиоприёмник, а самое главное видит то, что никто на свете больше не видит. Пусть видит, но во сне: «наверное, это был сон», [5] — думает послушная половинка. Вот и мама так считает. Поддержать авторитет упрямицы может только научный эксперимент, суть которого она уже понимает: положим на пол конфету. «Если они её съедят, значит, они есть. А если нет, это был сон». [6] Доказать или опровергнуть существование гарантийных человечков было бы проще простого, если бы не мыши. Мыши, существование которых доказано многократно, закрывают гарантийных человечков. Пропавшая с пола конфета, исчезновение которой может вызвать восторг у неопытного экспериментатора, почти всегда оказывается добычей мышей. Мыши не ходят с фонариками — ну и что? Половинка ребёнка, которая видит человечков с фонариками, неизбежно должна подчиниться своей дремлющей половинке. Гарантии важнее истины. Спи, беспокойна половинка, усни!

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 46-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 33-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 41-я.

[6] Здесь же.

Перестройка мира и памяти

Суббота, Апрель 7th, 2018

Uorren Ellis. Frikangely 3Девушка-медиум, а все фрикангелы занимаются какой-либо отраслью общественной жизни и могут служить воплощением этой отрасли, взявшая на себя обязанность поддержания порядка и расследований, «в своё время по ночам развлекалась, транслируя в» «комнату» других фрикангелов «свой голос: «я знаю. Что ты сделал, я чую запах твоей вины…» И так далее». [1] Розыгрыш не имел успеха: фрикангелам не сложно понять, откуда исходит голос. Не имеет смысла обращаться и к их личному чувству вины, ведь они помнят, что усилием объединённого сознания разрушили мир. На фоне этой общей вины все их последующие поступки перестают соотноситься с виной. После апокалипсиса они могут делать всё что угодно, к их вине это ничего не прибавляет. Однако, если даже на них не может быть вины, кроме той, что они устроили космическую катастрофу, они могли бы сознаваться в шалостях, проступках и ошибках. Но, оказывается, что даже такого рода признание не имеет для них значения, потому что никто из них не может быть уверен в том, что память, которой они обладают, это их память, а не результат внешнего конструирования. Создатель их памяти, возможно, находится вне круга фрикангелов, ведь полная история их жизни ещё не открылась. Но и без того ясно, что одни из них подчиняют память своих товарищей или стремятся к этому, — память людей для них не представляет сложностей, — и делают их своими рабами, несмотря на то, что кто-то, может быть, считает призывы в духе «я пришёл сделать из вас всех зомби» «хренью». [2] Признание означает здесь лишь только отклик на запрос об изменениях, которые внесены в память: да, признаюсь, изменения внесены. Но теряет смысл вообще всякое документальное свидетельство, — например, дневник, — а у фрикангелов есть свой летописец. Очевидно, что летопись фрикангелов, будь она обычным историческим свидетельством, в условиях постоянно перестраиваемой памяти обернётся сплошным вымыслом, рассказом о невероятных событиях и фантастических существах. Усиливает фантастическую сторону подлинных свидетельств и то обстоятельство, что фрикангелы постепенно учатся восстанавливать ими же разрушенные материальные объекты, например, здания. Едва ли не с детства они умели врачевать свои раны. И эта их способность распространилась теперь на самоё их жизнь — фрикангелы обрели бессмертие. Никто не может расправиться с ними — ни они сами, ни люди. Не всё у них получается, но не трудно предположить к чему идёт дело: однажды они смогут восстановить разрушенный ими космос. Потребуются уступки для этого: летописец исчезнет, а вместе с ним и летопись. [3] Видимо, всё будет сведено к мудрости одного четырнадцати летнего человека, в голове которого, раз уж нет доказательств, и разыгралась вся эта история. Мир будет восстановлен. Останутся швы, нестыковки, неточности, которых раньше не было. Но никто ничего не вспомнит. И никто ни в чём не будет виноват.

[1] Уоррен Эллис. Пол Даффилд. Фрикангелы: комикс. Книга 4. Перевод Галины Соловьёвой. Санкт-Петербург: ЭксЭл Медиа. 2015. Страница 139-я.

[2] Здесь же, страница 104-я.

[3] Здесь же, страница 144-я.

Частицы волшебства

Четверг, Апрель 5th, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechkiВолшебная сущность гарантийных человечков, если не толковать волшебство как мастерство, а самих волшебников как мастеров, не очень понятна. Гарантийные человечки — мастера, занятые обслуживанием бытовой и не только техники в гарантийный период. Живут они внутри машин, могут выходить из них, общаться между собой, но при этом ловко ускользают от взгляда людей. Заметить их могут только дети и домашние животные. Рост позволяет им укрыться в холодильнике, настенных часах с кукушкой, пылесосе и радиоприёмнике. Под стать им автомобильные гарантийные человечки, поскольку автомобиль, несмотря на свои размеры, есть собрание машин и приборов значительно меньших. Работают гарантийные человечки на тех предприятиях, которые выпускают и сдают в прокат машины и приборы, но большую часть времени они проводят в командировках внутри этих машин и приборов, а оперативное управление ими осуществляет Управление гарантийных человечков. Через Управление они получают запчасти, смену, новости и, если необходимо, силовую поддержку. В Управление можно жаловаться. Иногда, когда предприятие, изготовившее тот или другой прибор, разоряется, человечек может остаться в командировке навсегда. Прибор получает вечную гарантию. Тогда люди замечают, что старым вещам сносу нет. Так произошло с часовым мастером Иваном Ивановичем Буре. Он остался со своей кукушкой навсегда: «ехать мне некуда. Вот и живу здесь почти шестьдесят лет. И часики, смею заметить, как новые. Секунда в секунду идут», [1] – так он говорит. Но в его случае трудно понять роль Управления — уж оно-то должно было позаботиться о мастере, оставшемся без предприятия. Остальные гарантийные человечки легки на подъём: месяц-другой — и поехал на курсы повышения квалификации. Самое волшебное свойство гарантийных человечков — невидимость для взрослых — довольно просто объясняется — они аккуратны, внимательны и осторожны, — а взрослые невнимательны. Их рост — не может быть волшебным свойством. Из роста ничего волшебного не проистекает. Надо сказать, что с формальной точки зрения они тоже не могут считаться волшебниками: у них нет волшебных палочек, они не творят заклинаний и не направляют волшебную силу на какой-либо объект, который следовало бы во что-нибудь превратить. Напротив, все их силы направлены на то, чтобы сохранить машины в идеальном порядке. Гарантийные человечки — консерваторы, в отличие от волшебников, которые только тем и заняты, чтобы что-нибудь изменить. Непредвзятый человек понимает, что гарантийные человечки не только существуют, но они волшебные. Есть, однако, и другие люди, которые, как, например, владельцы настенных часов с кукушкой, в которых живёт мастер И.И. Буре, не могут признать существование гарантийных человечков, не говоря уже о том, чтобы согласиться с их волшебной сущностью. Нам, для согласования столь противоречивых данных, придётся признать гарантийных человечков элементарными частицами волшебства. Волшебник нам не известен. Возможно, это Управление, но не без участия предприятий. Волшебство в связи с гарантийными человечками должно называться гарантией. Известное проявление жизни, хорошо известное как упадок волшебства, должно пониматься, следовательно, как отмена гарантий.

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 12-я.

Главное правило

Вторник, Апрель 3rd, 2018

Uorren Ellis. Frikangely 3Главное правило фрикангелов запрещает им превращать людей в роботов. Можно сказать, и в рабов, но раб знает о своём положении, а робот — нет. Робот живёт обычной человеческой жизнью, но когда возникает потребность в какой-либо услуге, исполняет её. Соблюдать этот запрет не так просто, если помнить, что фрикангелам завладеть сознанием человека как раз очень просто. Сознание человека для них — постоянный соблазн, постоянно наличествующий ресурс. Они проникают него, изменяют его, управляют, используют его в своих целях, а нарушением главного правила возмущаются только тогда, когда оно становится вопиющим — когда фрикангел «управляет полусотней человек как роботами». [1] И занимается этим не для того, чтобы посылать их за лимонадом, а для того, чтобы стать «долбаным властелином Апокалипсиса». [2] Между тем, это правило, как и все прочие ограничения, наложенные на себя фрикангелами, становятся на пути развития. «Мы стоим на вершине долбаной эволюции, можем уничтожить страну, а то и весь мир одной силой мысли», [3] уже это сделали, «а в итоге что? Ходим в лохмотьях, жрём дерьмо и ползаем на брюхе вместо того, чтобы встать на ноги». [4] А значит у фрикангелов нет причины для развития. Некоторым как будто удаётся «шикарно жить, не мешая обычным людям», [5] и в условиях строгих ограничений. Но это произносится в полемическом запале: всегда приходится использовать обычных людей, а если не использовать — развитие останавливается. И даже поворачивается вспять. Фрикангелы, за некоторым исключением, всё чаще и чаще полагаются на пистолет, кулак и пыточную камеру, поскольку лучшие результаты приносят не их медиумические способности в чистом виде, а сочетание физического и ментального насилия: сознание «особо упёртых проще считывать, когда они немного ослабнут в коленках». [6] А кроме того, «человеческий разум не упорядочен. Читать мысли — всё равно что рыться в куче хлама в поисках одной единственной бумажки, валяющейся на самом дне». [7] Бумажку поднимает со дна кучи вопрос, а лучше вопрос, заданный определённым образом и в определённых условиях: «так гораздо быстрее и проще». [8] Фрикангелы не только не развиваются, они не умеют найти применение тем способностям, которые у них уже есть, замещая их старым и верным физическим насилием. И не хотят этого делать. Разрушение мира, произошедшее по их воле, устрашило и остановило их. Счастье богатства и власти над роботами должно подвигнуть их к развитию. Но эта мысль запрещена ими. Для тех, кто всё-таки думает об этом, у них есть тюрьма. Она предназначена не для тех, чьи мысли фрикангелы могут читать, хотя и для них тоже, а для тех, кто сам может читать их мысли. И это значит, что роль, которую фрикангелы назначили себе здесь, может, если они не начнут развиваться дальше, измениться на противоположную.

[1] Уоррен Эллис. Пол Даффилд. Фрикангелы: комикс. Книга 3. Перевод Галины Соловьёвой. Санкт-Петербург: ЭксЭл Медиа. 2015. Страница 84-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 92-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же, страница 80-я.

[7] Здесь же, страница 100-я.

[8] Здесь же.

Значение имён

Понедельник, Апрель 2nd, 2018

Uorren Ellis. Frikangely 3Фрикангелы считают себя выше правительства. Правительство только пыталось разрушить мир, а им это удалось. Надо сказать, что они и выше народа. Народ, если понимать его как собрание людей, себя почти не проявляет. Вполне возможно, что народ, раз уж фрикангелы мастера ментальных игр, является иллюзией, воспоминанием, воображаемой сущностью, пусть эта сущность поставляет фрикангелам насущные задачи, не считая только финансовых. Народ занят меновой торговлей и, в том числе, с фрикангелами: народ получает безопасность в обмен на продукты питания. Денег фрикангелы за свой труд не получают. [1] И поэтому, наверное, деньги их не занимают. До-потомная цивилизация оставила им изобилие богатств, которые только надо научиться извлекать и пользоваться ими, не обращаясь ни к производству, ни к добыче полезных ископаемых, ни к финансовым средствам. Им нужна музыка, музыкальное радио, подобное тому, что было в их детстве, концерты, особое концертное освещение, а с ним вместе изысканное счастье низких частот: «прислониться к большой колонке и чувствовать мурашки по всему телу». [2] Фрикангелы не способны заполнить музыкой эфир, ни тот, что возникает во время объединения их сознаний, ни тот, что появляется иногда между ними и людьми. Среди них нет музыкантов. Но обращаться за музыкой к народу тоже нет необходимости: фрикангелам достались запасы радиоприёмников и залежи музыкальных записей, которых хватит до следующего потопа. Нет энергии. И, несмотря на все свои поразительные способности и возможности, у фрикангелов нет идей. Все их идеи принадлежат тому миру, который они разрушили. Проклиная нефтяную бочку, а это тем легче сделать, что они остались без нефти, они всё-таки должны подумать о производстве энергии, пусть солнечной, пусть той, что возникает из танцующих на воде поплавков. Хотя бы для того, чтобы слушать музыку и, хотя об этом ещё никто не смеет мечтать, смотреть криминальные сериалы по телевизору. Впрочем, заполнить своё объединённое сознание различными происшествиями и их расследованиями фрикангелы способны, не даром же тот район города, в котором они обосновались, прославился на весь мир именами своих преступников. Народ по мере своих сил готов пособить им, и с известной пользой для себя, поскольку, если исключить музыку и необходимость оставлять своё имя у врача, составить происшествие для народа — это единственный способ обрести имя. Имена людей из народа возникают здесь только в этой связи. Не все, но некоторые фрикангелы нуждаются и в народной любви. Поскольку народ, переживший конец света, сделался не только бездумный, бездеятельный, но и безлюбый, фрикангелы обещают ему «прийти в себя», [3] и в первую очередь научить любви. Обещание встречает среди фрикангелов язвительных критиков, [4] но оно сделано. Любовь, правда, никому не приносит имени. Гаремы, а они у фрикангелов есть, наполнены пока безымянными людьми. Народ обретёт имена, фрикангелы сделаются правительством.

[1] Уоррен Эллис. Пол Даффилд. Фрикангелы: комикс. Книга 3. Перевод Галины Соловьёвой. Санкт-Петербург: ЭксЭл Медиа. 2015. Страница 9-я.

[2] Здесь же, страница 48-я.

[3] Здесь же, страница 10-я.

[4] Здесь же, страница 22-я.