Archive for Апрель, 2018

«Почему мы, гарантийные, хорошо на свете живём»

Суббота, Апрель 21st, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechki«Да потому, что мы не привыкаем друг к другу, а сразу ладим. Мы к каждому мастеру подходим так, будто всю жизнь его знали. И не просто знали, а как хорошего человека». [1] Гарантийные человечки действительно как будто знают друг друга, даже не будучи знакомыми. Но этому есть простое объяснение. Они, хотя большую часть времени проводят в разъездах по фабрикам, мастерским и квартирам, поддерживая работу приборов и машин, подчиняются Управлению гарантийных человечков. Они работают на большом и сложном, но всё-таки на одном предприятии, которое, видимо, предъявляет к ним единые требования. Благодаря этому гарантийные человечки в чём-то похожи друг на друга и подходят друг другу, может быть, даже как детали машин. В конце концов, все они мастера своего дела. Известно, однако, немало случаев, когда и мастера между собой не могут поладить. Да что там, иногда мастеру и не мастеру бывает легче найти общий язык, чем двум мастерам. У гарантийных человечков есть свой язык — тайные знаки, которые известны только им, и которые они используют для общения друг с другом. Если гарантийному человечку нужно остановить попутную машину, он ставит на вершину километрового столба «цветок» и ждёт. [2] В каждой машине, находящейся на гарантии, есть гарантийный человечек, который, завидев знак, постарается вверенный ему автомобиль у цветка остановить. Хорошо жить, когда в твоём распоряжении находятся автомобили, да ещё и самые новые. И не только автомобили, ведь гарантийные человечки есть в каждой квартире, поэтому в каждую квартиру гарантийные человечки могут входить как к себе домой — там ждёт их ночлег, отдых и верные, пусть только что бывшие незнакомыми, товарищи. В их распоряжении телефоны, часы, пылесосы, радиоприёмники и, конечно, холодильники. Дети, не утратившие способности самостоятельно мыслить и видеть, замечают, что гарантийные обычно «около холодильника прячутся». [3] У гарантийных есть своё радио, скоро у них будут свои газеты, которые можно читать при помощи особых фонариков, а также оружие: они могут держать перед собой «две проволочки от конденсатора, а сам конденсатор» нести «в рюкзаке», — [4] а также пользоваться газовыми баллончиками. [5] Трудно сказать, способствует ли оружие ладу, но спасению жизни гарантийных человечков способствует. Однако всё это — оружие, газеты, радио, работа, — может быть и у тех людей, которые не ладят друг с другом. А гарантийные ладят. И вот ответ: гарантийные человечки прямо заняты ладом. Лад — это их работа. Они ладят с машинами, а значит, с их владельцами, с детьми владельцев и животными. И конечно, друг с другом. А если с кем-то не ладят, как, например, с мышами, то думают как бы поладить: «чем мыши, например, собак хуже? Или пчёл?» [6] Постараются поладить и с мышами.

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 158-я.

[2] Здесь же, страница 151-я.

[3] Здесь же, страница 142-я.

[4] Здесь же, страница 146-я и 148-я.

[5] Здесь же, страница 148-я.

[6] Здесь же, страница 159-я.

Дом в боевой анималистической системе

Пятница, Апрель 20th, 2018

Grant Morrison. Nas3Биорги, составляющие боевую анималистическую систему третьего поколения, представляют собой «хирургически подготовленные биомодифицированные организмы», а третье поколение биоргов основано на организмах домашних животных, «вооружённые до зубов и обученные убивать». [1] С этим определением нельзя не согласиться. Но нельзя согласиться с тем, что «они аморальны, ими движут инстинкты. И им неведом страх смерти, который, как правило, ограничивает человека». [2] Биоргам известно понятие смерти, которое определяется ими как «ноль», в то время как каждый член анималистической системы, имеет номер в виде целого положительного числа: «1 знай 0». [3] 1 — это пёс. «Ноль» — это то, что не имеет качеств, которыми обладают 1, 2 и 3. Например, это то, чью жизнь можно отнять ради пищи. Биоргам известно, что такое боль и нездоровье. Правда, понятие «0» не определяет их поведение в той мере, как оно определяет действия человека. Главное понятие биоргов, которое является, как только прекращается действие лекарственных препаратов и радиокоманд, это — дом. Дом не только понятие этическое, определяющее поведение, но логическое понятие, лежащее в основе их мышления. Они мыслят, имея в виду дом, хотя это мышление до времени скрыто. Если понять, что такое дом для биоргов, тогда можно будет понять, как они поведу себя, например, в случае поражения. Или победы. Дом там, где «тепло», а это значит, что дом там, где пёс, если это дом пса, — «хороший пёс», [4] а «босс» — это «хороший босс». [5] В логической системе кота, существа совершенно разуверившегося в человеке, дом там, где людей нет вовсе, потому что «чел мррасссь», [6] но есть хорошая нора и есть, что поесть: «2», то есть кот, «десь». «Жрать десь». [7] Дом, с точки зрения кролика, — а его точка зрения определяется тем, что он ранен, — там, где тебя избавят от боли: «Чинить. Хвост. Дом. Щас. Нам». [8] Дом там, где у тебя есть имя, а не номер: у всех биоргов, когда они были обычными домашними животными, были имена. Дом там, где ты можешь снять броню: «Плохая броня». «Броня не для нас». [9] Броню нельзя понимать только буквально, а дом — место, где биорги снимают бронированные экзоскелеты и становятся домашними животными. Дом — это место, где биорги защищены от постороннего и ненужного глаза, не говоря уже о голосе и телесном контакте, ведь все дни они проводили под видео наблюдением, будь они на базе или участвуй в боевой операции. Огромное количество камер и, значит, точек зрения на их жизнь, позволяют играть с их жизнью, раскладывать её «линейно, как фишки в домино», составить из неё кроссворд, или «параллели», «блоки», словно это «музыкальные треки». [10] Дом — это место, где в их жизнь нельзя играть.

[1] Грант Моррисон. Фрэнк Куайтли. Нас3: графический роман. Перевод Александра Жикаренцева. Санкт-Петербург: Азбука. Азбука-Аттикус. 2016. Страница 39-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 40-я.

[4] Здесь же, страница 68-я.

[5] Здесь же, страница 103-я.

[6] Здесь же, страница 67-я.

[7] Здесь же, страница 41-я.

[8] Здесь же, страница 70-я.

[9] Здесь же, страница 105-я.

[10] Здесь же, страница 130-я.

О друзьях-товарищах

Среда, Апрель 18th, 2018

Grant Morrison. Nas3Анималистическая боевая система третьего поколения, созданная для замены на поле боя «бесчисленных женщин и мужчин», служащих в «американских вооружённых силах», [1] представляет собой команду животных, соединённых на нейронном уровне с машинами, то есть с экзоскелетами, а также с людьми. «Когда биорги пойдут в массовое производство, привычные методы ведения войны устареют раз и навсегда». [2] Тогда армия предстанет не просто соединением людей, машин и животных, таким соединением она была всегда, но соединением, в котором животные, не говоря уже о машинах, будут самостоятельно принимать решения. Определяя биоргов как «управляемых на расстоянии животных», [3] мы говорим только часть правды: речь о существах, обладающих разумом, иначе никакого смысла в том, чтобы ввести их в бой, нет. Их прекрасно заменят машины. Разум, однако, ставит биоргов на один уровень с людьми. Они умеют говорить. Кажется, что «надо быть психом, чтобы научить машину для убийства разговаривать», [4] но умение разговаривать следует из необходимости работать в команде, а также из требования самостоятельно принимать решения на поле боя, пусть даже в тех рамках, которые установлены радиоуправлением. Биорги имеют представление о добре и зле: они могут противопоставить «хорошего пса» [5] «плохому псу», [6] знакомо им сомнение — «хороший пёс?» [7] — и отсутствие такового — «челы мррассь!» [8] — которое тоже должно признать моральным суждением. Известно им и понятие, на котором держится вся мораль: «Дом!» [9] Как только отключается радиоуправление и ослабевает действие инъекций, «дом» начинает руководить их действиями. Особенность животных, составивших анималистическую боевую систему третьего поколения, состоит в том, что это домашние животные. Надо понимать, что выпускать на поле боя биоргов, не имеющих представления о доме, не имеет смысла, а может быть даже опасно. Хотя в них встроена функция самоуничтожения, должна быть гарантия на случай самых непредвиденных обстоятельств, что биорг будет двигаться к дому, а неизвестно куда. При массовом производстве животных предполагается выращивать прямо на военных базах, [10] но тогда эти базы они и должны считать своим домом. А доме должен быть хозяин — не тот человек, который главный вообще, не начальник базы, а тот, с кем животное находится в душевной связи, тот, ради кого они должны будут погибнуть. Анималистическая боевая система не сможет работать без человека, пусть он будет выведен с поля боя. В конце концов война ведётся ради его интересов. Но человек приносит в эту систему все свои слабости, в том числе нежелание нажатием одной кнопки «подарить» «покой» [11] своим боевым товарищам, даже если эти товарищи пёс, кот и кролик. Анималистическая система заменяет на поле боя одни разумные существа другими разумными. Неразумные — не воюют.

[1] Грант Моррисон. Фрэнк Куайтли. Нас3: графический роман. Перевод Александра Жикаренцева. Санкт-Петербург: Азбука. Азбука-Аттикус. 2016. Страница 24-я.

[2] Здесь же, страница 29-я.

[3] Здесь же, страница 24-я.

[4] Здесь же, страница 28-я.

[5] Здесь же, страница 27-я.

[6] Здесь же, страница 73-я.

[7] Здесь же, страница 27-я.

[8] Здесь же, страница 28-я.

[9] Здесь же, страница 41-я.

[10] Здесь же, страница 29-я.

[11] Здесь же.

Права и обязанности гарантийных человечков

Понедельник, Апрель 16th, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechkiГарантийные человечки имеют право на жилище. В каждом бытовом приборе, поставленном на гарантию, есть жилое помещение. В часах с кукушкой есть «площадка-комната». «Там посредине стоял стол с самоваром. У одной стены была кровать с горой подушек, а у другой — верстак». «В комнате было очень чисто и всё как-то очень продумано. И вообще, она скорее напоминала не жильё, а старинный дом-музей какого-то известного учёного». [1] И не случайно, ведь и часовой мастер и его часы происходили из того времени, когда известные учёные обитали в домах старинного строя. А вот комната таксофонного гарантийного человечка была совсем иной: «новенькая, как с выставки современного оборудования. Кругом пластмасса, дерево и металл». «Сверкающие ручки, выдвижные кровати и уезжающие в стенку письменные столы». [2] Комнаты гарантийных человечков в швейной машинке, в радиоле и в холодильнике тоже отличались своеобразием. Трудно сказать, какова гарантийная комната в пылесосе: жил в ней ученик, вход в неё был похож на люк в танковой башне, видно, и внутри там было только место для спального мешка. К каждому праву на жилище прилагалось ещё одно, может быть, и негласное, но всё-таки право: гарантийный человек мог пользоваться теми возможностями, которые открывала перед ним жизнь внутри бытовых приборов. Радиомастер получал самые свежие известия. Телефонный мастер слушал телефонные разговоры: «что прикажете делать по вечерам? И потом, никто не запрещает». [3] Холодильный мастер пользовался хозяйскими запасами сыра и колбасы, хотя, надо сказать, отношение гарантийных человечков к хозяйской собственности очень строгое: когда ученик гарантийного мастера стащил у дочки хозяев пружинку, то это вызвало едва ли не нравственный кризис. И только то, что пружинка должна была послужить свободе гарантийных и может быть самой их жизни, кризис утишило. Но когда бы о пружинке узнало начальство, гарантийным не поздоровилось. Каждое жилище было обременено обязательствами, которые возлагались на гарантийных. Понятно, что они должны работать на своём объекте. Они должны поддерживать других гарантийных и, если необходимо, предоставлять им своё жилище. Но, главное, если требовалось срочно оставить объект, гарантийные не только должны были исчезнуть сами, но и сделать так, чтобы не осталось никаких следов от их жилища. Жилища растворялось в окружающем его бытовом приборе. Если это было жилище радиомастера — то в радиоле: «самовар превратился в колпак радиолампы, красная тахта — в изолирующую прокладку под мотор, а стол и стенные панели — в крышки для трансформатора высокого напряжения». [4] Легко и быстро складывалась комната и холодильного мастера. А вот комната в часах с кукушкой, видимо, не разбиралась, и если кто-нибудь замечал её, то воспринимал как часть часового механизма, ведь в часах с кукушкой, по крайней мере, живёт кукушка. Таковы были права и обязанности гарантийных: жить, работать и не оставить следов.

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 10-я.

[2] Здесь же, страница 54-я.

[3] Здесь же, страница 55-я.

[4] Здесь же, страница 122-я.

Марсианские надежды

Суббота, Апрель 14th, 2018

Maik Miniola. Golova-vintВолшебство возникает при соединении тела с заклинанием или, точнее, со словами. Первое волшебство есть человек, поскольку является соединением тела и слов. Сам себе человек обычно не кажется волшебным в силу, надо полагать, привычки, но как только слова, уступив власти, например, марсианских слов, оставляют тело, как им сразу становится ясным, каким волшебством было это сожительство безмолвного и косного тела и слов, полных движения и звучания. Словам плохо одним. Они рады обрести хоть какое-нибудь тело, пусть это будет летучее тело марсианина или «роботизированное тело наподобие сковородки». [1] Они помнят о волшебстве соединения слов именно с человеческим телом, и не щадят своих марсианских тел, чтобы предотвратить захват человеческих тел марсианами, но они сочувствуют соединению всех тел со словами. Человек, будучи волшебным предметом, желает видеть и другие предметы волшебными. Видимо, это желание является силой, которая притягивает к человеку другие волшебные тела. Волшебная Голова-Винт, умеющая прикручиваться к разным механизированным телам, использующая их как сменные носители, и таким образом, отражающая и даже передразнивающая устройство человека; волшебные бобовые зёрнышки, [2] на которые люди готовы выменять все свои сокровища; трёхмерные геометрические объекты, [3] появляющиеся и исчезающие в двумерном мире, но могущие сохранять в себе чужие жизни; а также говорящие деревянные куклы. [4] Создателями волшебных предметов объявляют себя волшебники, но при этом почти всегда оказывается, что волшебные предметы сильнее тех, кто объявил себя их изобретателями, собственниками и хранителями. Продавец трёх волшебных бобов, которыми он торговал в течение пятисот тысяч лет, оказывается пусть полной сокровищ, но обыкновенной глиняной копилкой, упавшей однажды и разбившейся. [5] Чародей, как будто создавший волшебные трёхмерные фигуры, — куб, шар и пирамиду, — полностью от них зависит — когда они появятся в следующий раз, он исчезнет. [6] За волшебниками кто-то стоит. Иногда это волшебник, который называет себя именем того, чьё имя лишний раз лучше не поминать, но всегда оказывается, что это всё-таки обыкновенный волшебник. Во всяком случае нет причин считать его кем-то ещё, кроме как волшебником, поскольку, как и все другие волшебники, он стремится к тому, чтобы, используя человеческую жажду волшебства, при помощи своих волшебных предметов заполучить, подчинить или хотя бы направить в нужную сторону тот волшебный предмет, который называется человек. Сделать это бывает тем легче, что человек не считает себя волшебным предметом: отдаёт свои сокровища за три бобовых зерна, уступает своё тело марсианам, позволяет волшебным кукловодам управлять собой, словно он изначально был злой деревянной куклой. Но стоит только его словам и телу пожить без волшебства, как при первой же возможности он просит: верните моему телу мои слова! Подлинные есть марсиане, не те, которые нас мучают, — они могут вернуть.

[1] Майк Миньола. Кэйти Миньола. Удивительный Голова-Винт и другие любопытные объекты. Перевод Ксении Бобковой и Александра Инглессе. Санкт-Петербург: Комильфо. 2014. Страница 73-я.

[2] Здесь же, страница 46-я.

[3] Здесь же, страница 53-я.

[4] Здесь же, страница 64-я.

[5] Здесь же, страница 50-я.

[6] Здесь же, страница 57-я.

Голова нашла заклинание

Пятница, Апрель 13th, 2018

Maik Miniola. Golova-vintАвраам Линкольн, президент американцев и волшебник. Иначе нельзя назвать человека, который владеет чудодейственными предметами, и не только теми, что хранятся в музее опасных книг и бумаг, [1] то есть официальными волшебными предметами, но и теми ещё, что находятся где-то во тьме, из которой он вызывает их, минуя инстанции и процедуры. Владеет он и заклинаниями, хорошо всем известными, но работающими только в сочетании с волшебными предметами. При помощи заклинаний он вызывает волшебные предметы, направляет их и поощряет. Среди предметов Голова-Винт — голова, использующая сменные механизированные тела, с помощью которых реализуются волшебные силы. Разумеется, происхождение Головы-Винта, как и любого другого волшебного предмета, — секрет. [2] Голова-Винт, явившись на зов и усвоив существо вопроса, немедленно приступает к выполнению задания, состоящего в том, чтобы остановить очередного претендента на мировое господство. Дело в том, что у Авраама Линкольна, как всемогущего волшебника, есть проблема — он единолично господствует над миром живых. Все волшебные предметы, которые способствуют этому господству, он присвоил. Соперник может придти только из другого мира. И угрожать Аврааму Линкольну он может только в том случае, если завладеет его волшебными предметами или знаниями, которые дадут ход к этим предметам. Но означает это также, что любой живой человек, который покусится на власть Авраама Линкольна, оказывается, с одной стороны, в положении посланника тьмы, довольно невыгодном, но, с другой стороны, обретает хотя бы отчасти силу этой тьмы. Авраам Линкольн должен ждать подвоха от любого существа. Император зомби похищает у него рукопись, в которой описывается место хранения волшебного предмета, при помощи которого ещё в десятом веке до нашей эры некто приблизился «к завоеванию всего мира». [3] Рукопись ещё не переведена, но император зомби когда-то был известным исследователем древних рукописей. «Все по-настоящему умные люди должны быть кремированы». «В интересах национальной безопасности». [4] Но император зомби, видимо, избежал этой участи. Прочитать рукопись не составляет для него труда: волшебный предмет хранится в Асуанской долине. Им оказывается обыкновенная репа. Попытка установить контакт с репой приводит к высвобождению неуправляемой волшебной энергии и к разрушению репы. Последнее обстоятельство заставляет усомниться в её волшебности, поскольку волшебные предметы обычно не разрушаются, но сохраняются хотя бы на тот случай, если волшебству придётся где-то укрываться. Вполне возможно, что всё дело связанное с похищением древней рукописи было подстроено Авраамом Линкольном для того, чтобы заманить своего соперника в смертельную ловушку. И для того, чтобы в очередной раз испытать один из своих волшебных предметов, именно Голову-Винт, который устраивает большой «буум» [5] и кончает с императором зомби. «Ещё одно успешное дело, Голова-Винт. Земля снова безопасна для живых людей», [6] — хвалит его Авраам Линкольн. Голове-Винту не нужны никакие награды, кроме заклинаний.

[1] Майк Миньола. Кэйти Миньола. Удивительный Голова-Винт и другие любопытные объекты. Перевод Ксении Бобковой и Александра Инглессе. Санкт-Петербург: Комильфо. 2014. Страница 7-я.

[2] Здесь же, страница 31-я.

[3] Здесь же, страница 8-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 30-я.

[6] Здесь же.

Волшебный приказ

Среда, Апрель 11th, 2018

Progulki v volshebnoi dolineНеведомы пути, по которым приходят в мир волшебные предметы: их нельзя заслужить, нельзя вымолить и нельзя создать. Их можно найти, но места, где находят волшебные предметы, тоже неведомы: их можно найти везде и не найти нигде. Волшебные предметы не возникают по приказу. Королева зелёных муравьёв приказала своим подданным создать пряничный дворец, который увидела во сне. Пряничный дворец не считается обычно волшебным предметом, но некоторые обстоятельства говорят нам о том, что королева хотела получить не торт огромных размеров, а именно волшебный предмет, благодаря которому она станет волшебницей: она «объявила, что видела во сне пряничный дворец и хочет, чтобы у неё был такой же». [1] Сон должен стать явью — а это и само по себе волшебство, и делает волшебными предметы, в которые воплощаются сны. Но сон не превращается в явь по воле человека. Королеве показалось, однако, что она сможет этого добиться, ведь приказ тоже обладает волшебными свойствами. По приказу многое возникает и такое, что без приказа никогда бы не появилось. Зелёные муравьи, получив его, принялись строить дворец. И «дворец получался чудесный». [2] Но в том момент, когда оставалось положить последние крупинки карамели на его крышу, один из муравьёв вдруг «сбросил груз на землю и крикнул: «Довольно управлять нами! Мы муравьи или рабы?» «И началось восстание». [3] Оно проявилось в том, что строители съели дворец, который с таким трудом воздвигали, а на его месте «построили современную сахарную фабрику для зелёных муравьёв». [4] Но это не причина восстания. У них без того было достаточно сладкого, ведь дворец они строили из тех материалов, которые сами находили. Королева своих приказов не отменяла и не изменяла, что могло бы раздражить муравьёв. Королева «всё время распевала песни», когда «бедные муравьи выбивались из сил», [5] но отсутствие песен возмущает быстрее и сильнее, чем пение. Палач, который подкреплял приказ королевы своими руками-топорами, тоже не перестал работать. На настроение зелёных муравьёв могли повлиять соседние королевства: в одном жили красные муравьи, которые чтили образование, и никогда не позволяли своим детям работать во время учебного года. А вот зелёным муравьишкам приходилось. В другом королевстве жили белые муравьи. Они были известны тем, что «любили жевать серу» [6] и защищать тиранов. На зелёных муравьёв могла действовать мысль, что они строят дворец для королевы, которая в любой момент может сбежать к белым муравьям. И королева в самом деле сбежала. Но дворец не мог сбежать. Дворец и всё возможное волшебство оставались бы зелёным муравьям. Но они предпочли его съесть. Волшебные свойства дворца остались тоже неведомыми. Но дело не в них. А в том, что он не появился по приказу.

[1] Дора Алонсо. Прогулки в волшебной долине. Перевод Аллы Борисовой. — Прогулки в волшебной долине: современные зарубежные сказки. Художник Галина Лавренко. Ленинград: Детская литература. 1991. Страница 67-я.

[2] Здесь же, страница 68-я.

[3] Здесь же, страница 69-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же.

Легенда о Великом Трансформаторе

Вторник, Апрель 10th, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechkiИмя Волшебника — Великий Трансформатор. [1] Имя, которое наиболее полно соответствует сущности волшебства, состоящем как известно в трансформации. Великий Трансформатор возглавлял 220-х в их войне против 127-х. «Раньше лет двадцать назад, все телевизоры, холодильники и приборы выпускали на напряжение 127 вольт. А потом начали выпускать и на 220». [2] Гарантийных человечков, которые работали на приборах на 220 вольт становилось всё больше и больше, 127-х всё меньше и меньше, но последние как решили однажды считать себя главными, так и продолжали это делать. «Тогда и началась война!» [3] Гражданская, между прочим. «В каждом доме, на каждом заводе! Сколько пленных было захвачено, сколько разных поломок организовано — целую книжку можно написать». [4] Но тут Великий Трансформатор «предложил создать Управление гарантийных человечков, а в нём два отдела — Сто Двадцать Семь и Двести Двадцать». [5] Как если бы это были отделы Красных и Белых, а понадобилось бы — и Зелёных. Созданием отделов он вряд ли остановил войну. Красные и Белые всё бы управление разнесли. Но он войну раздробил, а раздробив — утихомирил: «в каждом городе иди посёлке есть свои управления. Даже на больших кораблях и самолётах. Кого в данном управлении больше, тот и командует». [6] А когда война идёт только в поселковом управлении, то это уже не война, а трудовой конфликт. Совершив волшебство, Великий Трансформатор ушёл в народ: «работает где-то. Может, в стиральной машине. Может, в полотёре. Он человек скромный. Прекратил войну и работать ушёл». [7] Великий Трансформатор исходил из той философской, но очень практичной посылки, согласно которой отдельный человек так же важен как и противостоящее ему большинство, даже если это большинство — все остальные. Неверно считать, что «все важнее одного», потому что, признав это, придётся признать, что «большинство важнее меньшинства», а дальше — пуще — «получится, что половина всех важнее половины всех»: «если одни привыкли считать себя главнее других, они так и будут считать себя главнее, даже если их станет меньше. И в конце концов у вас выйдет, что не все важнее одного, а один, самый важный, важнее всех остальных». [8] А должно быть, чтобы самым важным был самый неважный. Только в этом случае удалось бы избежать войны 127х220. Не очень понятно, как развивались размышления Великого Трансформатора, известно только, что он с ними не родился, но ясно, что только тогда, когда он уже был командиром 220-х, они стали волшебными по своему существу: один человек столь же важен, как и все. А значит, войну можно преобразовать в мир. Пусть этот мир ещё не любовь, но и не война с пленными и поломанными домашними приборами. И кроме того мир управляемый. А управляемость — второй признак волшебства. Волшебство — это управляемая трансформация.

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 58-я.

[2] Здесь же, страница 100-я.

[3] Здесь же, страница 101-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же.

[6] Здесь же.

[7] Здесь же, страница 102-я.

[8] Здесь же, страница 93-я и 94-я.

Логика бессмертия

Воскресенье, Апрель 8th, 2018

Uorren Ellis. Frikangely 5«И зачем только, спрашивается, мы расхерачили Англию, если не всю планету?!» [1] Ответ на этот вопрос довольно прост: потому что «мы бессмертны». [2] Бессмертие обладает логикой, которая требует изменений и развития. Фрикангелы, едва открыв своё собственное бессмертие, обнаружили, что не могут не развиваться. Фактором, который заставляет развиваться людей, выступает время, но он же и ограничивает это развитие. Фактором, который является условием развития фрикангелов, становится бессмертие. Первый же фрикангел, перешедший черту, отделяющую его от обычных людей, и вернувшийся обратно, получает не просто новый опыт существования, но опыт, воплощённый в новых способностях, возносящих его на ступень развития значительно выше той, на которой находятся другие медиумы. Два-три перехода через черту делают разрыв между фрикангелами схожим с тем, который существует между ними и людьми — это разрыв между разными формами жизни. Фрикангелы, не получившие опытов перехода, с неизбежностью должны подчиниться тем, кто его получил, стать их рабами или, если угодно, роботами, если бы не взаимная проницаемость их сознания, позволяющая опыту одних становиться опытом всех. Хотя обмен опытом происходит постоянно, но иногда он требует больших усилий чем обычно, хотя и не приводит к результатам заранее известным: опыт одних способностей при передаче образует опыт совсем других способностей, вызванных не только полученным по обмену опытом, но и тем опытом, который был нажит фрикангелом. Общее усилие, направленное на то, чтобы подтянуть опыт каждого к наивысшему достигнутому опыту, они называют прокачкой. Прокачка может быть направлена и на то, чтобы исправить продвинутые сознания, направить их в нужную сторону и, если смотреть правде в глаза, упростить их и снизить. Но результат всё-равно получается более чем удивительный: фрикангелы получают возможность усилием отдельного сознания преобразовывать материальные объекты, а на их основе складывать объекты ещё большие, например, дома и машины. Несомненно, они готовятся к тому, чтобы восстановить разрушенную ими же Англию, которая, таким образом, получает доказательства своего собственного бессмертия: она ушла за черту, отделяющую её от бренных материальных объектов, и вернулась обратно к своему извечному существованию. Разрушение Англии, к которому приложили сознания фрикангелы, стало, таким образом, следствием не их подростковой ярости и не жестокости правительства, которому показалось, что фрикангелы представляют для него опасность, а следствием, вытекающим из логики бессмертия: чтобы развиваться, необходимо перейти черту. Правда, за редким исключением, страна переходит черту не по здравому размышлению, взвесив все за и против, а подталкиваемая не всегда даже осознаваемой необходимостью, которую обойти, однако, никаким безопасным способом не удаётся. Выход за черту — вспышка безумия, а вот возвращение — работа тщательно подготовленных умов, их объединение, настройка и тонкое сотрудничество. Восстановление Англии потребует восстановления планеты. Надо будет и её как-то приладить и подогнать к Англии. И, по крайней мере, это надо будет сделать так, чтобы не разрушать всё опять слишком скоро.

[1] Уоррен Эллис. Пол Даффилд. Фрикангелы: комикс. Книга 5. Перевод Галины Соловьёвой. Санкт-Петербург: ЭксЭл Медиа. 2016. Страница 22-я.

[2] Здесь же.

Главная опасность

Воскресенье, Апрель 8th, 2018

Eduard Uspenskij. Garantijnye chelovechkiГлавную опасность для гарантийных человечков представляют дети: «если дети узнают про гарантийных человечков, беда начнётся. Они будут все приёмники и часы разбирать, чтобы нас достать». [1] Дети, впрочем, если ничего не знают про гарантийных человечков, всё равно догадываются, что в домашних приборах и машинах кто-то есть живой. Разубедить детей в том, что гарантийных человечков не существует, нельзя, их можно воспитать в этой мысли. Или, другими словами, с детьми нельзя по-хорошему, только по-плохому. Если ребёнок пытается вытащить кукушку из часов с кукушкой, кукушке «приходится куковать во всю ивановскую, а» гарантийному человечку «трезвон устраивать, чтобы родители прибежали». Если ребёнок пытается развинтить приёмник, чтобы «посмотреть, кто там разговаривает», то приходится и вовсе «провода с током поднести и дёрнуть как следует. Чтобы больше не лазила». [2] Родители прямо заинтересованы в сохранении гарантийных человечков, потому что от них зависит сохранность приобретённых ими бытовых приборов, поэтому они заинтересованы воспитать такого ребёнка, который не будет видеть гарантийных человечков. Воспитание проводится с таким расчётом, чтобы отделить от ребёнка одну часть, которая согласится не видеть гарантийных человечков в обмен на похвалу и пахлаву, с тем чтобы поставить оставшуюся часть, которая не согласится не видеть ни за что на свете, под сомнение. «Не спи! Не спи, Татьяна! Здесь какие-то человечки с фонариками. Их надо поймать!» [3] А может быть, это только кажется? Две половинки ребёнка «всегда» будут враждовать «между собой». И не только в том, что касается гарантийных человечков, но во всём остальном: одна половинка призывала другую «быть послушной девочкой, не капризничать, убирать игрушки, вовремя ложиться спать», «а вторая — наоборот: залезть на шкаф, стукнуть кого-нибудь лопаткой, отрезать себе косички ножницами». [4] В ходе этой вражды половинка, которая продолжит видеть гарантийных человечков, полностью растратит весь запас доверия, который получила при рождении: нельзя доверять той детской половинке, которая забирается на шкаф, а то и в радиоприёмник, а самое главное видит то, что никто на свете больше не видит. Пусть видит, но во сне: «наверное, это был сон», [5] — думает послушная половинка. Вот и мама так считает. Поддержать авторитет упрямицы может только научный эксперимент, суть которого она уже понимает: положим на пол конфету. «Если они её съедят, значит, они есть. А если нет, это был сон». [6] Доказать или опровергнуть существование гарантийных человечков было бы проще простого, если бы не мыши. Мыши, существование которых доказано многократно, закрывают гарантийных человечков. Пропавшая с пола конфета, исчезновение которой может вызвать восторг у неопытного экспериментатора, почти всегда оказывается добычей мышей. Мыши не ходят с фонариками — ну и что? Половинка ребёнка, которая видит человечков с фонариками, неизбежно должна подчиниться своей дремлющей половинке. Гарантии важнее истины. Спи, беспокойна половинка, усни!

[1] Эдуард Успенский. Гарантийные человечки. Гарантийные возвращаются: сказочные повести. Рисунки Валерия Дмитрюка. Москва: аст. 2017 Страница 46-я.

[2] Здесь же.

[3] Здесь же, страница 33-я.

[4] Здесь же.

[5] Здесь же, страница 41-я.

[6] Здесь же.