Archive for Май, 2008

Туула, или Абстинентный синдром

Суббота, Май 24th, 2008

Словосочетание «неподобающий образ жизни», которое употребляет Томас Венцлова применительно к жизни Юргиса Кунчинаса, автора романа «Туула» — Санкт-Петербург, «Издательство Ивана Лимбаха», 2008-й год и все дела, — кажется, не очень-то вяжется с человеком, который написал семь романов, шесть книг стихов, перевёл целый рой далеко не самых простых немецких авторов, ваял (антирусскую, несомненно, а это балл за сложность) публицистику, занимался всякой литературной текучкой и прожил при этом не самую долгую жизнь. Когда ему было заниматься неподобающим поведением, если он с утра до вечера работал? Великий Ван Дамм однажды предусмотрительно заметил во время визита в Россию: «я не спортсмен, я актёр». Чарльз Буковски, было дело, тоже отказывался бухнуть со своими читателями. «Чинаски, не будь мудаком, выпей с нами!» Но тот отказался. Его отказ наводит на мысли о том насколько аутентичным алкашом был Буковски на самом деле? Его почитать, получается, что он только пил и слушал Мусоргского. А на самом деле мужик пахал, пахал и пахал. О русском мужике, кстати: если русский мужик по преимуществу пьянь, то откуда взялась эта страна от Атлантики до Пацифики? Или рок-музыканты: из крутых одёжек у них торчат тоненькие-тоненькие ручки и синенькие-синенькие шейки рафинированных интеллигентов. Какое уж тут бухло, были б силы нотные листы ворошить. Но это такие сильные и притягательные образы, что сами их носители попадают под их влияние. Вот я дня три уже не пью, — а и пил-то австралийское вино, да китайское тяньи, — а всё мне кажется, что я такой подлинный, такой крутой. Однажды принял за ужином семьсот пятьдесят миллилитров на грудь и чуть не сдох. Да русский ли я, право? Томас Венцлова в связи с романом «Туула» вспоминает «смену регистров, которые отдают джазовой импровизацией». А эти смены как раз и свидетельствуют в пользу подлинности Кунчинаса. Они соответствуют чередованию алкогольных трипов и абстинентных синдромов: сначала «пошёл, взял, выпил, денег столько-то, взял ещё, поехали туда, поехали сюда, сижу в кафе, на чердаке, на мосту, агдам, абана клаб, бабы, наливки, водки и так далее», а потом резкая остановка и тоска и скулит страниц пятьдесят «Туула, Туула, Туула». А потом снова «взял столько-то и понеслось». А Туула ждёт. Подлинный.  

Иракские боевики замаскировались под детей

Суббота, Май 24th, 2008

Сообщения об убийствах детей англосаксами приходят каждый день. Не пойму, почему они это делают. Вот, например, «…вечером в среду, 21 мая, американский вертолет в районе города Байджи (Baiji) в 180 километрах на север от Багдада обстрелял 2 автомобиля с находившимися в них мирными жителями Ирака. В результате происшествия погибли 8 человек, в том числе двое детей». Опять ошибка? Ну так исправьте её! Воскресите убитых! «…некоторые из убитых пытались спастись бегством, когда в район прибыли американские военные». То есть добили? «…вертолет открыл огонь по машине, когда заметил «подозрительные действия»…» Мирные жители не включали поворотники? Превысили скорость? У них был просрочен валидол в аптечке? Ладно, арабские дети — это замаскированные боевики. А что сказать о детях, которых расстреляли в американских же колледжах и школах? Их то за что? Подозреваю, за то, что они дети. Их способность шалить, нарушая покой взрослых особей, а, следовательно, писанные и неписанные законы и установления, нарушает общественный порядок. Общество терпит их проказы, но до поры до времени: как только эти проказы переходят определённые границы, терпение общества лопается и детей уничтожают. Точно так же уничтожаются этнические группы, образ жизни которых неприемлем для Европы, или бродячие домашние и дикие животные. Порядок и чистота. Иракское общество, например, отличалось толерантностью в расовом, этническом, религиозном отношении, необыкновенной терпимостью и уважением к женщинам и любовью к детям, но пришли «безжалостные к врагам» англосаксы и установили собственные обычаи, в том числе и те, которые касаются детей. Новый порядок и новая чистота.

Религиозное столкновение на уличном перекрёстке

Суббота, Май 24th, 2008

Первая авария как первая любовь — и захочешь, а не забудешь. Счастливые девяностые годы, полные всплывшего дерьма. Стою на перекрёстке первым в ожидании стрелки направо. Левый поворот в мою сторону запрещён. Предо мной улица с шестью полосами, разделёнными на две проезжих части по три полосы. Слева от меня в соседней полосе стоит омуденный «крайслер» — по тем временам чуть ли не звездолёт. В нём только водитель — что-то совершенно квадратное, коротко стриженное, с бицепсами сантиметров по пятьдесят в окружности и, — грешно сказать, а скажу, — в красном пиджаке. «Крайслеру» прямо, но это не важно. Никто на этом перекрёстке, естественно, ни от чего не застрахован. Прекрасный февральский денёк, чистое ясное небо, совсем не морозно и не очень много машин. И вдруг ни с того ни с сего бум-бах-тарабах-крах!, кто куда, а в нашу с «крайслером» сторону задом катится пятёрка. В пятёрке работник атомной промышленности, как впоследствии выяснилось, а с ним женщина и девочка. Пятёрка получила несколько ударов, но главный — в правый бок и неизвестно как остались живы пассажирки, сидившие как раз справа. Из своей атомной глуши этот работник чуть ли не впервые приехал в большой город, в котором есть громадные магистрали с тремя полосами в одном направлении. Что-то ему примстилось в крайнем правом ряду и он совершил поворот налево через все пять полос, включая встречные три. Пятёрка катится задом, а я молюсь: «Господи! Сделай так, чтобы он не приехал в «крайслер», ведь запытают». Своим скудным атеистическим умом я не понимал силу молитвы. Время на неё потраченное можно было использовать для того, чтобы включить скорость и смыться с перекрёстка. И пятёрка приезжает мне прямо в левое крыло с отвратительным мерзким скрежетом, кстати, в десяти сантиметрах проехав мимо «крайслера». Квадратное в красном пиджаке (голем Малевича, блин) выходит из машины, подходит к водителю пятёрки, который сидит, тупо глядя перед собой, и говорит, тряся при этом кистями рук, — пальцы его от волнения складываются в какие-то замысловатые фигуры: «Моли Бога, сука, что ты меня не задел!» Да помолился я уже за него! И всё. Потом несколько часов в гаи и ремонт за свой счёт. Почему за свой? Ну, не было денег у работника атомной промышленности, не было, бля буду.

Чешские коммуникативные проблемы и Будда

Четверг, Май 22nd, 2008

Купил роман Джеймса Олдриджа «Морской орёл», Москва, естественно, «Художественная литература», 1981-й год. Вторая мировая война, Крит, остатки англо-австрало-новозеландских войск оказывают сопротивление немецким десантникам. Показалось, что это Ричард Олдингтон, и взял, а сейчас посмотрел — Олдридж. Всему виной телефонный звонок, который раздался прямо в тот самый момент, когда я снимал книгу с полки. Я ещё подумал: ни фига себе, какие книжки Олдингтон писал и каким стилем! И так с этой книжкой подмышкой и телефоном возле уха добрёл до кассы. 50 рублей. Причина покупки: ошибка. Потом этот орёл стал меня преследовать и в течение дня я встретил его несколько раз: кто-то доказывал, что орёл это слово тюркское и означает применительно к городу «дорога, идущая в гору»; кто-то пристально всматривался в австрийский государственный герб, который тоже орёл; то вдруг у мэра Орла оказывались какие-то проблемы с законом, что-ли. Кроме того, купил за такие же 50 рублей книгу Петера Фрейхена «Зверобои залива Мелвилла», Москва, Государственное Издательство Географической Литературы, 1961-й год. Оформление художника Никольского, что важно: отличная книжная графика шестидесятых годов, лаконичная и узнаваемая. Один мой добрый знакомый однажды удивился книге «Эфиопские хроники XVIII (примерно) века». Слово «хроники» он понимал иначе, чем автор книги. Он думал: чем только люди не занимаются! Сегодня в книжном же вполглаза прочёл название «Коммуникативные проблемы в творчестве Чехова» как «Коммуникативные проблему у чехов» и, поленившись прочесть название более внимательно, получил целый рой предположений на тему этих проблем. Существуют специфически чешские коммуникативные проблемы, о которых можно написать толстенный том. Когда оказалось, что «Чехова», а не «чехов», расстроился. Видел сегодня много страданий и скорбей человеческих и вспомнил, как однажды Будда Гаутама Шакьямуни вышел из дворца и увидел…  и так далее. Вот так вцепишься, как энцефалитный клещ, в какую-нибудь индийскую историю и живёшь.

«Свободу медведям!»

Среда, Май 21st, 2008

Купил роман Джона Ирвинга «Свободу медведям», изданный в 2003-м году зао «Центрполиграф» и ооо «Внешторгпресс», — между прочим, крепкие советские названия, если отбросить ооо и зао, — за 92 рубля 00 копеек наличными. Почему купил, надо объяснять? Прочёл название и купил. Но, может быть, и о будущем что-нибудь узнаю. Припомнилась история про последнего немецкого медведя. Самого последнего, но это обстоятельство не помешало немцам его пристрелить. Только сегодня понял, почему европейцев шокируют бродячие животные на улицах наших городов. Да потому, что они своих бездомных собак перестреляли! Перестреляли! Они смотрят теперь на них так же, как нацисты смотрели бы на цыган в Берлине в 1943-м году. «…последнего медведя в Англии убили в X в., в Германии — в конце XIX в., в Литве — в 1830 г., в Московской области последний случайно забредший на её территорию медведь был застрелен в 1962 г.» Москвичи — те же британцы, но с задержкой развития в тысячу лет. В позапрошлом году было мне знамение о Третьем президенте России Д.А.Медведеве, но я его не понял. Подвёз человека, человек подарил мне книгу стихов, фамилия человека — Медведев. Что тут такого? Ничего. Но не каждый попутчик дарит тебе книгу стихов. И не каждого попутчика зовут Медведев. Человек сказал: Медведев. А я не понял. Тогда он усилил это рассказом о том, что едет в Питер. Питерский, значит. Нет, тюменский, но едет в Питер на перекладных. Опять не понял. Тогда он подарил мне книгу своих стихов, то есть на самом деле сказал: это знамение тебе, человече. Не понял. Понял это только сегодня около полудня. Было мне и знамение о Джоне Маккейне. Если оно сбудется, кое-что в своих взглядах на природу мира придётся поменять — сегодняшние взгляды на прямо противоположные.

Успехи русской дипломатии

Вторник, Май 20th, 2008

Четырёх нормальных мужиков в прошлом году высадили — это я про британских разведчиков, — тонких, образованных, умных, чтобы там В.В.Путин про них ни говорил, знатоков русского языка, фольклора и творчества А.С.Пушкина, а подсадили сорок тысяч раздолбаев — болельщиков «Манчестер Юнайтед» и «Челси», — среди которых этих же самых разведчиков будет четверть. Хороший бизнес, ага? Теперь давайте подождём, когда четыреста тысяч британских нефтяников высадятся на Сахалине. Месть Британии оказалась страшной — за одного хорошего, но высланного,  мы получили десять тысяч плохих, но присланных. Ладно хотя бы то, что в прошлом году наши остановились и не отправили восвояси всех британских шпионов: сейчас точно принимали бы не сорок тысяч, а несколько миллионов британских пьяниц, бродяг и хулиганов. Ну, что сделано, то сделано. Будем исходить из сорока тысяч, как из Богом данного. Теперь о монументе Свободы. Трудно сказать, есть ли в Москве монумент Свободы. Вот в  Риге есть. Почему бы ему не быть и в Москве? Так вот, наверняка британцы его обоссут. Британская страсть метить монументы Свободы по всему миру не поддаётся объяснению. Возможно, это ревность. Возможно, эксперимент с целью выяснения границ Свободы. Что делать? Если верно второе — эксперимент, — то ничего. Свободная страна, что хочешь, то и метишь. Если же верно первое — ревность — то тоже, ничего не делать. Почему? А свободная страна! И так мы их разведём. Мечта: увидеть массовую драку болельщиков команд-финалистов Лиги чемпионов во главе с их боссами посреди Красной площади. Почему бы им не позволить это сделать? Ну, мечта. А сбудется, нет ли? 

«W»

Понедельник, Май 19th, 2008

Будь я бен-Ладен преклонных годов, я бы атаковал не башни Всемирного торгового центра, а «Почтовое отделение» Чарльза Буковски и «Особняк» Уильяма Фолкнера. Но для этого недостаточно быть военным инженером-строителем. Или, если бы речь шла действительно о важных, решающих для дела мира вещах, а не отвлекающих манёврах и пиротехнических шоу, я бы разрушил латинскую букву «W» и гори оно всё синим пламенем. Уничтожение «W», по моему глубокому убеждению, способно коренным образом подорвать основы западной цивилизации и, прежде всего, северо-американского её извода. Арабы же действовали по принципу аналогии: у нас есть Куб, а в нём жемчужина, значит и у них должен быть Куб и в нём жемчужина. В принципе, это верно, но Куб может иметь форму самую неожиданную и, в том числе, быть бесформенным, как и жемчужина может быть не только шаром. Например, он мог быть буквой «W». Фашистский кубо-футуризм Международного торгового центра и традиционный кубизм Каабы бросаются в глаза. Но настоящие американские ценности совсем не это — они или спрятаны от любопытных глаз, или не представлены как коренные ценности нации. Кто считает творчество Чарльза Буковски иглой, на конце которой находится жизнь целой цивилизации? Разработка оружия, способного уничтожать и генерировать отдельные буквы по приказу, например, из Москвы, и не все разом, — с этим легко справляется огонь, — а выборочно, вот, что могло бы коренным образом изменить баланс сил на планете. Управляемая ракета типа «алексия-лексия» могла бы вить из противника даже александрийские стихи.

Жизнь — юность — любовь

Понедельник, Май 19th, 2008

Страшно сказать, но роман «Туула» Юргиса Кунчинаса, которым меня осчастливило «Издательство Ивана Лимбаха» в этом году, о любви. Литовский (литовский советский ещё) бродяга провёл несколько ночей — неделю — с девицей по имени Туула и не может забыть о ней. И Советский Союз уже умер, и сама героиня умерла, а любовь не проходит. Если жизнь — это юность, а юность — это любовь, а любовь длилась неделю, то и жил наш герой всего-навсего семь дней и ночей. Я уже на странице 95-й и ничто не противоречит этому утверждению. Если говорят, что человек прожил счастливую жизнь, то это пропаганда: самыми счастливыми оказываются почему-то ударники капиталистического (вроде рок-звёзд) или коммунистического (вроде комбайнёров) труда. Есть любовь и есть морок. И больше ничего нет. Это в жизни, а в романе много ещё есть чего: роман этот многослоен и многопланов. Например, через каждые примерно семь страниц Кунчинас совершает выпад против великого русского народа в стиле «руссиш швайн». Почему любовь литовского алкоголика к литовской же девушке требует шпынять русских, не понятно. Человеку с обострённым чувством национального (русского) достоинства «Туулу» можно прочесть только с целью ещё большего обострения этого достоинства. Хотя все эти выпады из времён народных фронтов и «крупнейшей геополитической катастрофы ХХ века» читаются сейчас, в общем, как публичное недоразумение. Одно дело, когда ты падаешь и тебя подталкивают, а другое дело, когда ты худо-бедно поднимаешься и кто-то цепляется за твои оборки. Смешно смотреть. Вот американских товарищей как только не клеймят, а они прекрасно себя чувствуют, ибо Чарльз Буковски с ними. И нам расстраиваться вряд ли гоже — у нас есть Венедикт Ерофеев и ещё кое-кто. А вот Кунчинас, не знаю, сможет ли он защитить хотя бы одного литовца от нападок, например, панславистского союза «Северо-Запад» (встречается на страницах романа).

Русские педофилы — агенты влияния англосаксов

Воскресенье, Май 18th, 2008

В том смысле, что люди они управляемые или, точнее, направляемые. Направление педофилов производится по старой революционной методе «декабристы возбудили Герцена». В течение нескольких последних лет англо-саксы регулярно уничтожают детей по всему миру и, в том числе, у себя дома. Они делали это и раньше, но, может быть, не регулярно. Для уничтожения детей в ход идут все средства от массовых убийств детей в школах и колледжах часто руками самих же детей до нанесения ракетно-бомбовых ударов по женским половинам мусульманских домов в Африке и в Азии. Но причина этих убийств остаётся необъяснённой. Это загадка. Если для массовых убийств дома припасён отвлекающий трёп психотерапевтов, то действия ввс оправдываются целями великой борьбы против терроризма. Например, такими: «Восьмилетняя девочка устроила теракт в Багдаде, в результате которого погиб иракский командующий. Как пишет газета The Daily Mail, иракские боевики использовали ребенка для совершения теракта. На ее теле находилось взрывное устройство, приведенное в действие кем-то из боевиков. В результате теракта погиб один из командующих иракскими правоохранительными силами, еще семеро солдат получили ранения». Как тут не убивать девочек? Действия одинаковые — объяснения их разные. Загадка. Русские средства массовой информации зациклились на этом вопросе, но ответ искали по своему излюбленному принципу «а что, мы хуже Европы, что ли?!» Естественно, и ответ нашли соответствующий: не хуже. А примеры этого «не хуже» вызвали всплеск насилия против детей по всей стране. Англосаксы возбудили русские газеты, а те — русских педофилов. Русские дети — жертвы англо-американских ввс. В чём смысл влияния? Начинаешь относиться с пониманием, — во всяком случае, более терпимо, — к некоторым аспектам международной антитеррористической борьбы.

«Официально признанный гений», или 0,000666%

Суббота, Май 17th, 2008

«…Чюрлёнис, наш единственный официально признанный (даже русскими!) национальный гений…» — пишет Юргис Кунчинас в романе «Туула» на странице 28-й. Издательство Ивана Лимбаха, Санкт-Петербург, 2008-й год и так далее и тому подобное. Юргис Кунчинас так, наверное, шутит, но полной уверенности в этом у меня нет. В чём сол? — не понимаю я что-то. Что не понимаю?  Вот что. Что значит признать кого либо гением официально? Официальный — имеющий отношение к официальным органам, к органам государственной власти. Как называется государственный орган, признающий гениев? Как он называется в Литве? Как он называется в России? Почему литовский государственный орган за время своего (предположительного) существования признал только одного гения — Чюрлёниса? Я, например, могу назвать ещё одного литовского гения — это Арвидас Сабонис. Почему он не признан литовцами официально? А ещё — Донатас Банионис. И Эдуардас Межелайтис. Их что, тоже не признали? Строгий отбор там у них в Литве. А ещё Вальдас-Аугустинас Вацлавич Иванаускас. Даже он не гений? А ведь в России все они признаны вполне официально, я думаю. Таким образом, русские признали (пусть даже в моём лице) больше литовских гениев, чем сами литовцы, поэтому словосочетание «даже русскими» — здесь не на месте. Если русские тупые, то понятно почему их пробил только Чюрлёнис, — только он и смог, — а если их пробил ещё и Сабонис с Банионисом, то тогда русские точно не тупые. А кто-то другой. Вот она загогулина — двадцать лет свободы и демократии и перестаёшь понимать литовские «зачатки юмора» — такое выражение употребляет Кунчинас на странице 55-й. «Туула» издана тиражом 1000 экземпляров. В этот час максимальное количество читателей романа может составлять именно тысячу человек, если никто не читает вслух, или 0,000666% от всего стопятидесяти миллионого населения страны. Каково число, а!